Жена напоказ

Но за тот год, что его не было со мной, я слегка утратила подобные связи. Да и не все рвались иметь дела с женщиной, которую многие считали выскочкой, взявшей на себя слишком много.

— Не буду лгать, что все знакомства, о которых я говорю, лично мои. Однако я постараюсь сделать всё возможное, — всё же предупредил меня маркиз.

Видно, чтобы я не питала уж слишком больших надежд.

— В который раз за сегодня я благодарю вас, милорд?

Мы подошли почти к самой парадной двери, когда вдалеке послышался стук копыт и экипажных колёс по гравию.

— Знаете, несмотря на все неприятные события этого дня, я был рад провести его с вами. — Ксавье мягко пожал мои пальцы и отпустил, словно ещё памятуя о своём обещании держать руки за спиной.

— Вы уверены, что не можете остаться на ужин?

Мысленно я всё же понадеялась, что он не передумает уезжать. Нет, не потому, что мне было неприятно его общество. Просто всё случившееся немало утомило меня и для любезностей за ужином уже не было ровным счётом никакого настроения.

— Нет, я поеду. Пока доберусь, будет почти ночь. А мне хотелось бы решить некоторые вопросы поскорее.

Ксавье приложил ладонь к груди там, где сейчас лежала коробочка с поражённым хворью виноградным листом. А затем уехал, пообещав, что садовник из Энесси прибудет ко мне в самые кратчайшие сроки.

Хотелось бы верить…

В холле меня встретила мадам Хибоу, чем-то крайне встревоженная и даже расстроенная. Показалось, что она и всплакнуть успела: уж больно подозрительно покрасневшими были её глаза.

— Вы, наверное, очень голодны, ваше сиятельство, — проговорила она трагично.

Словно я вернулась из опаснейшего путешествия, где меня могли убить или по крайней мере покалечить. А тут приходится сохранять лицо и спрашивать о чём-то столь незначительном.

— Да, прошу, распорядитесь подать мне ужин в комнату. — Я прошла дальше, на ходу снимая шляпку. — Что-то случилось?

Селина тяжко вздохнула и, немного пошелестев какой-то бумажкой, протянула мне вскрытое послание.

Его светлость, королевский дознаватель, вызывал мадам Хибоу для дачи необходимых показаний через два дня. Почему именно тогда, а не, к примеру, завтра — кто знает.

— Мадам Хибоу, — проговорила я, возвращая ей извещение. — Вас ни в чём не обвиняют. Это просто протокольная необходимость. Вы ответите на вопросы и поедете домой.