Жена напоказ

— Но только за последствия я отказываюсь нести ответственность, ваша светлость! Надеюсь, вы и правда знаете, как обращаться с такими снадобьями.

— Не беспокойтесь, — ответил Ренельд, быстро, пока архимаг не передумал, выхватывая из его рук заветный короб. — Я не прогуливал лекции по алхимии.

Но теория — это одно, а вот практика, как водится, — совсем другое. И Ренельду раньше всего один раз довелось воспользоваться подобными катализаторами. Повод был прескверный — вспоминать и не хочется.

Вот настал и второй. И кто бы мог подумать, что он снова будет связан с женщиной.

Тем более — с несносной вдовушкой, которая слишком строго блюдёт свои секреты.

Ренельд провёл пальцем вдоль ровной шеренги флаконов. В каждом — весьма опасное зелье. Если использовать их в неположенных количествах. Зато чувства обостряются до предела — и даже по капле крови вдовушки можно будет считать её ауру. Раз уж она сама отказывалась от подобной проверки всё это время.

Строго говоря, Мариэтта права. Без обвинений никто не мог этого потребовать.

Другое дело, что, нащупав некую ниточку, Ренельд уже готов был пойти до конца, чтобы выяснить, куда она ведёт.

Да, ночью будет нехорошо. Но к утру все последствия должны пройти.

Потому Ренельд выбрал нужную склянку, откупорил и выплеснул её содержимое, весьма ядовитое на вид, в рот. По языку тут же растеклась невыносимая горечь — будто и правда отрава. Но вместе с тем, как снадобье проникало глубже, все чувства, кроме нужных, начали притупляться.

Ренельд взял крохотный кинжал, лишь едва испачканный в крови Мариэтты, и осторожно провёл им по впадине ладони.

Главное — чётко попасть вдоль линии ауры, тогда восприятие будет наиболее острым.

“Смотри не расплавь себе мозг, — буркнул шинакорн, явно уязвлённый тем, что его слова не были восприняты достаточно серьёзно. — А то придётся сдавать тебя в дом скорби. Там тоска смертная. И наверняка кормят паршиво”.

— А ты и рад бы меня сдать, — усмехнулся Ренельд.

“Да кому я, кроме тебя, нужен”.

Стоило только опустить расслабленные руки на стол, как всё вокруг начало меняться.

Кабинет исчез, словно его выжгло неистовым пламенем огненного эсприта из Бездны. Ещё мгновение слепоты — и Ренельд как будто оказался внутри сферы фиксирующего артефакта. Посреди переплетения нитей чужой силы, которые порой так трудно разобрать на составляющие, чтобы отделить нужное от ненужного. От фона и помех, от следов недавних заклинаний. Сейчас же всё виделось совершенно по-другому, предельно ясно и чётко.