Жена напоказ

И вот, — она достала из строгого портфеля, что был при ней, тонкую стопку бумаг, — это список претендентов на стипендии и гранты. Может, ты всё же решишь ознакомиться.

Она бросила её на стол передо мной и быстрым шагом удалилась. Ну что ж, хотя бы аппетит за обедом никому не испортит.

— А теперь рассказывай. — Я вновь повернулась к аспирантке, которая, забывшись, так и стояла, комкая исписанный какими-то расчётами листок в кулаке.

— О чём? — пискнула та, явно опасаясь, что сейчас её прогонят.

Но я ещё не дошла до той степени злости, чтобы вредить себе самой, не разобравшись.

— Что случилось между тобой и иногда любезной мадам деканом? Чего это вдруг она стала разбрасываться столь уничижительными выражениями в твой адрес?

Я похлопала по дивану рядом с собой, и Ивлина, обречённо понурившись, поплелась ко мне. Явно заинтригованная шумом, в гостиную вошла и мадам Хибоу, но я выпроводила её сразу, поручив отнести книгу расходов и оставленные Денизой списки в мой кабинет. За это время притихшая Ивлина успела собраться с мыслями.

— Я не ссорилась с мадам д’Амран лично. Но была одна неприятная ситуация… — Она покусала губу и продолжила: — Мне были необходимы некоторые исследования — для моей работы. И за ними нужно было обратиться на факультет Заклятий. Месье Селери посоветовал одного магистра. Мол, у него как раз есть отличные материалы по нужной теме. Но отчего-то тот решил, что они слишком значительны, чтобы отдать мне их просто так…

— И что? — Я нахмурилась, уже ощущая горечь на языке от подкатившей к горлу гадливости.

— Он назначил мне встречу. Личную. Намекнул, что мне надо бы и отблагодарить его… — Девушка вздохнула, задрав глаза к потолку. — Ну, я же не наивная дурочка! Сразу поняла, что ему было нужно. И встреча не в кабинете, а у него дома. Мол, всё это хранится там, а не на кафедре. — Она тряхнула головой, резковато убрала со лба упавшие на него прядки. — Я и пришла. Что мне было делать? Работа застопорилась. Вроде и вопрос не слишком обширный, а ответ мне был нужен срочно.

Магистр, конечно, начал распускать руки. Я подыграла. Сказала, мол, пусть раздевается. Пока он не видел, подсыпала ему в постель порошок из корня карранского плюща. Он лёг. Собрался посмотреть, как я тоже буду раздеваться. А когда начал чесаться и орать, я схватила бумаги и сбежала.

Ивлина замолчала, внимательно разглядывая свои сложенные на коленях руки. Я ещё миг ждала продолжения, но его не последовало.

— И о его позоре узнали все…

— Нет.