Куда выбрасывает беглянок, или посторонись — барсуки летят!

– Не понимаю, что тебе не нравится? Красивые женские… – не успела я закончить фразу, как до меня донеслось утробное «Р-р-р!».

Хм... Может она вовсе и не она?

– Так ты мальчик? Не могу быть уверена, давай проверим, – попыталась перевернуть барсука, но тот начал отбиваться, даже куснул разок и опять послышалось «Р-р-р!»…

– Хорошо, стеснительный ты мой, – у меня даже слезы выступили со смеху, – тогда такие имена: Степан, Кузьма, Николай…

Просидели мы так до рассвета, в итоге мой барсук выбрал себе имя Максимилиан.

– Выпендрежник, тебе больше подходит Максюша, не ворчи! Максимилиан означает «великий», а ты, прости, пока совсем на такового не тянешь, – улыбнулась я, чмокнула Максюшу в нос и заснула.

***

Проснулись мы довольно рано, и я решила, что пора искать родник или ручей: безумно хотелось пить.

– И завел Сусанин в болота войска польские, – прохрипела я и зашагала увереннее, догоняя исчезающую пятую точку барсука в кустах малинника.

Надо признаться, мы вышли на крутой, песчаный берег довольно быстро.

Вода стремительно бежала по отшлифованным ее трудами круглым камешкам. Приятный коже холодок веял от поверхности ручейка. Ключи били тут и там. По руке побежали мурашки, как только я зачерпнула первую ладонь спасительной влаги.

Напилась вдоволь, барсука помыла, правда он громко возмущался, но гигиена важнее! Кто знает, где его черти носили до встречи со мной? Сама я тоже насладилась чистой проточной водички: скинула одежду и зашла в самую глубокую часть ручья, некое подобие чаши.

Сделала глубокий вдох и погрузилась с головой под воду.

Когда вынырнула, Максюша бегал, как бешеный бурундук по берегу и пищал. Увидел меня и успокоился.

«Забавный он все же…»

Обсыхала я на берегу в стиле ню, никого же нет, кроме Максюши, а он барсук – это раз, – друг – это два, – что я и поспешила донести до него самого. На мой монолог пушистик только зафыркал и несколько раз чихнул, а я, не выдержав, засмеялась.

Подсохнув и одевшись, начала собирать ежевику: вкусная, хоть и не сытная.

Максюша шел рядом. Мы продвигались куда-то вверх. Общипав очередной кустик, я развернулась проверить своего малыша, и полетела вниз с вцепившимся в ногу Максимилианом.

Летели долго, кубарем, собрала все веточки и хвою в свои длиннющие космы.

«А когда-то они были красивыми, густыми, каштановыми волосами до самого пояса», – проскользнула у меня мысль, а дальше все как в тумане.