Фортуния любит отчаянных

Братец выглядел как радушный хозяин, который предлагает гостю отведать интересное блюдо:

— Ваше Высочество, разрешите представить вам генерала вон Остральда, благодаря которому вы вовремя добрались до верных нам войск.

— Благодарю вас генерал, за выбор моего спасителя. Если бы не вы, я бы имела возможности оценить таланты лорда вон Краальда.

Хвост Минозавра, зачем я дергаю горгону за волосы? Двух горгон. И Альфред, и Остральд одинаково прищурились.

— Да, у меня есть весьма способные подчиненные, — дернув уголком рта ответил генерал.

— Я считаю очень важным, чтобы каждый был на своем месте и свое место знал. У меня вполне недурно получается это объяснить.

Ах ты... сатиров сын. Я широко улыбнулась:

— Некогда меня убеждали, что мое место за вышивкой. Если бы я поверила, некому было бы вести войска в столицу и снимать осаду с Белого дворца.

— Ваше Высочество, знамя сделает свое дело с вышивкой или без. Главное — умелые руки знаменосца, которые удержат знамя и не дадут ему упасть в грязь.

Альфред, от которого я готова была отречься, рассмеялся:

— Вон Остральд, у Ее Высочества Беатрис большой опыт в выскальзывании из рук. Вы наверняка знаете, что моя сестра все еще не замужем.

— Разумеется, мне это известно, как и о слабости былых претендентов на руку прекрасной Беатрис, — улыбнулся вон Остральд и демонстративно окинул меня взглядом.

— Как странно, генерал, ваше ведомство собирает досужие сплетни, но не обладает настоящими сведениями о недавних событиях.

— Сестрица, мы с генералом намереваемся обсудить важные дела, после чего я передам вон Остральда в твое распоряжение, и ты сможешь восполнить пробелы в его осведомленности.

Альфред уволок генерала от меня, чтобы я не начала вспоминать былое.

Нужно признать, что эти два волчары обставили меня как щенка. После того, как они обсудят "важные дела", к которым не допускаются слабаки и женщины, мне придется развлекать этого, химера его задери, вон Остральда.

Меня определили на роль титулованной куклы, безделушки для украшения, а остальное сделают умные и сильные мужчины. Если же я стану ерепениться, мне покажут, где мое место, самыми жесткими способами.

Стрикс!

Он наверняка ждет, что я буду разубеждать его и доказывать свое участие в подавлении заговора, а он станет неверяще смеяться и снисходительно признавать мой — небольшой, разумеется, — вклад.

Нет уж, такого удовольствия я ему не доставлю.