Фортуния любит отчаянных

Я не хочу поручать поиски среди прислуги Агни и Дагни. В случае неудачи все всплывет наружу.

— Вы можете поручить мне.

— Вы мне поможете? — я воззрилась на сержанта, не веря своему счастью.

— Кадет Комфарит, я не первый раз замечаю, что Фортуния на вашей стороне. Не прогневите богиню недоверием, — усмехнулся он. — Я даже смогу обставить так, что вздумай Лентс пойти по следам, он ничего толком не узнает.

— Благодарю вас, сержант.

Я раскрыла сержанту детали сцены, но не стала говорить, что по следам Лентс не пойдет, а если и пойдет, то не очень усердно.

* * *

Пока я подбирала исполнителей и декорации для второго акта нашей пьесы, незаметно подошел день, когда мы разыграем первый.

— Агни, Дагни, помните, вы что-то говорили о троюродной кузине, которая желает выйти замуж за сына печника, а отец сватает ее за внука старосты?

— Да, бедная Китти, она уж и так просила отца, и этак! Бежать в город грозится, только где ж молодому печнику в городе прибиться, тут местов нету, все за своими, — запричитала Агни.

— Приезжала со своим батюшкой на рынок, так плакала, — Дагни искренне переживала за родственницу. — Говорит ему, в прислугу пойду, сама приданное заработаю. А он смеется, мол, ты десять золотых целый год копить будешь, если во всем себе откажешь, и то, или хозяин спортит, или Пит твой плюнет и на ком другом женится. А без приданого отец Питу благословение не даст, из дела выгонит, и идти тому в батраки.

— Десять золотых, значит.

— Да, батька у нее рукастый, а дочь одна.

— Хотите ей помочь?

— Очень! — хором крикнули сестрички.

Десять золотых — не та сумма, которой хотелось разбрасываться, но мне очень, очень нужно, чтоб Остральд не мешал.

Я отошла в кабинет, открыла ящик секретера, вынула оттуда шкатулку с деньгами (верней, одну из них), сняла магический замок и отсчитала десять монет. В селениях все еще верят только золоту. Ассигнации — для аристократии и горожан. Из другого ящичка я вынула небольшой мешочек с порошком.

Это не яд в обыкновенном смысле слова, поэтому артефакты, определяющие отраву, его "не видят". Неприятные последствия произойдут, если порошочек соединится со сладким, а про то, что Остральд непременно завершает завтрак кофе с двумя ложками сахара, мне уже доложили.

Вернувшись в гостиную я выложила столбик монет на столик. Девушки сглотнули и посмотрели на меня большими глазами. Дагни прошептала:

— Убить кого надо?

— Нет, — рассмеялась я.