Фортуния любит отчаянных

Катриона утянула меня к десертам и игристому, и я, наконец, позволила себе расслабиться. После второго бокала подруга вынула из складок юбки часы и шепнула мне:

— Идем.

— Куда?

— Увидишь.

Вы вышли в коридор, свернули за угол, и Катриона повела меня небольшую гостиную, которую на больших балах использовали для отдыха. Кажется, здесь был один из выходов тайного прохода, который стараниями Лентса стал не таким тайным. Сегодня гостей по меркам дворцовых приемов было мало, и комната пустовала.

— Повернись, я расстегну, — Катриона поставила меня в удобную позицию, пока Агни переставляла кресло к двери.

Дагни держала длинный шелковый пеньюар темно-серого сверкающего шелка.

— Зачем? Что вы делаете? Где Эрик?

— Эрик ждет в твоих покоях. Ты же не собираешься идти по тайному ходу в этом платье? Оно не уместится между стен.

Слабо соображая я отдалась в руки подруги, и вскоре Катриона открывала проход, замаскированный под книжный шкаф.

— Но как? Лентс же запечатал все выходы.

— Он сделал исключение для сегодняшнего дня в этой комнате, — Катриона помахала маленьким камнем на цепочке.

Через несколько минут я уже бежала по тайному проходу в стенах дворца, облаченная лишь в белье и шелковый пеньюар.

Эрик уже скинул сюртук и ждал с распахнутой дверью под "Пастушкой". Он подхватил меня на руки, и быстро лавируя между диванов и кресел, донес до спальни. Серый пеньюар стек на пол.

— Ваше Высочество, — прошептал Эрик, пожирая меня взглядом. — Вы вновь прикажете мне закрыть глаза?

— Ни в коем случае, лорд Дженкинс.

Коротенькая черная сорочка и тонкие панталоны черного шелка оправдали себя, только прожили совсем недолго.

Эпилог

СЕМЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Архипелаг Зубы Дракона, остров Драк, город-порт Фортунус.

На цыпочках я вышла из детской. Оба маленьких чудовища уснули. Нет, пожалуй, с третьим мы повременим. Я пока не уверена, что погодки трех и четырех лет не загонят меня в могилу раньше времени. Мне, конечно, не стоит жаловаться, к моим услугам аж целых две няни, и это не считая Гвен, которая состоит при мне чуть ли не с утра и до вечера.

Но все же детки очевидно унаследовали мой острый металлический стержень в большой ягодичной мышце, папину любовь к авантюрам и благоволение Фортунии от обоих. Старшая, малышка Брунгильда, спала, прижимая к груди деревянный меч.

Угасающие краски заката расцветили городок во все оттенки розового, оранжевого и фиолетового.