Фортуния любит отчаянных

Я спросила у леди Зенуа, за что же Патриса посчитали Великим смертным. "Как — за что?" — в притворном удивлении приподняла брови леди. — "Никто в Иртое не мог выпить больше эля, чем Патрис. Для иртойцев это весьма значимое достижение." Мне стало понятно, почему в марте, ко дню Великого смерного Патриса, в Иртою свозят алкоголь чуть ли не с половины Ангории.

— Как видите, Великий Патрис, путешественник, благодетель, аскет и мудрый просветитель, должен служить примером всем ныне живущим, — закончил рассказ господин Вольф.

Я спряталась за веером, чтобы не оскорбить ювелира рвущимся наружу смехом. Дженкинсу и Сантиону повезло меньше — они, очевидно, знали историю как она есть, а вееров у них не было.

* * *

Мы с Катрионой сидели после обеда на софе и выдумывали, чем бы еще порадовать оставшихся "женихов", когда в мои покои вбежала Сабина с горящими глазами и выложила сверток.

— Трис, смотри, что я нашла!

Сабира вынула два листа. Оба пожелтели от старости, но один был некогда сложен пополам, и почерк можно принять за образец чистописания.

Второй измят и покрыт бурыми пятнами, а несколько строк прыгали то вверх, то вниз.

Прыгающие строки гласили, что автор их, лорд Сантион, признается в душегубстве — будучи в расстройстве от того, что единственный сын и наследник выкрал фамильные драгоценности и проиграл их в карты, лорд Сантион приложил наследника тяжеленной тростью по голове, от чего тот скончался. Образец чистописания пояснял, что тело родителя нашли в петле, а тело наследника, как и предполагалось, рядом с ним в луже крови.

Оставшееся имущество Сантионов, за неимением наследников по прямой линии, переходит к кузине душегуба с другой фамилией.

— Мало ли Сантионов в королевстве? — кровавая история никак не вязалась с улыбчивым лордом.

— Мало. Раз в десять лет для Короны делают списки всех семей с благородным достоинством. Последнюю "Книгу благородных родов" составили три года назад, там есть только один род Сантионов, и главой рода указан тот, кто сейчас во дворце.

В двух перед ней никаких Сантионов не было.

— Бр-р-р, — поежилась я. — Судя по дате, дед Сантиона убил его отца. Жуть. Как вы думаете, это передается по наследству?

Сабина с Катрионой переглянулись.

— Трис, — Сабина ткнула в строчку документа, — "за неимением наследников по прямой линии".

Я перечитала дважды, посмотрела на дату и снова перечитала.

— Он может быть потомком побочной ветви, от какого-нибудь младшего сына несколько поколений назад.