Фортуния любит отчаянных

— Умрет ли Бернар Второй или подпишет отречение, но остаетесь вы с Альфредом. Ваш средний брат на виду, и с ним нужно управляться хотя бы сделав вид, что заговорщики действуют по закону. К вам же можно тихо подослать наемников, чтобы похитить или убить. Поэтому мы подготовили запасной путь.

— Если вы предполагали, что за мной пошлют наемников, почему вы один?

— Не было времени собирать остальных. Мы не думали, что события будут развиваться столь стремительно. Как только я узнал, что посылают наемников, отправился к вам, чтобы их опередить.

— Зачем я Эдачии? Принцесса в изгнании — слабая и не очень нужная фигура.

— Наверное, зачем-то нужна. Я не силен в политике.

— Эрик, вы лжете.

Дженкинс помолчал и вдруг согласился:

— Лгу. И поверьте, я умею лгать незаметно, но вам не получается, верней, не очень хочется, чтобы получалось. Скажем, так, у Эдачии есть свои причины, чтобы помочь вам остаться в живых.

Я задумалась. Какие причины? Продвинуть меня на трон, если Альфреда убьют? Оставить меня в запасных монархах на случай реставрации?

Отношения с Эдачией всегда были причиной споров между отцом и его наследником.

Эгберт считал, что мы сильнее Эдачии, а значит, можем на нее давить. Отец с Альфредом пытались ему объяснить, что два, конечно, больше одного, но два плюс один — это три, а три больше двух. И вместе с Эдачией нам сподручнее противостоять прочим странам. Может быть, вопрос Эдачии и стал последней каплей, после которой отец задумался о переназначении наследника. Это был бы совершенно исключительный случай — чтобы папенька изменил свое решение. Возможно, поэтому он так долго тянул... и дотянул.

Я была бы полезна Эдачии на троне, если не останется Альфреда. Но как Эдачия собирается убрать Эгберта и посадить меня? Он наверняка окружит себя тремя рядами верных ему псов, и пока Эдачия сможет к нему подобраться, соседи примутся рвать нас по одиночке.

Если бы я была сейчас в столице, был бы толк. А лучше, если бы я приехала в расположение верных войск как живой символ власти Ангории.

Стрикс!

Я остановилась и обернулась, но в этот раз Эрик схватиться за выступ скалы и лишь качнулся на мне ближе.

— Эрик, признайтесь, вам дали совсем другой приказ. Вы должны доставить меня к войскам, чтобы я послужила знаменем, под которыми соберутся сторонники законного монарха.

Дженкинс вздохнул. Получив молчаливое подтверждение своей догадки, я продолжила резко:

— Но вы решили поиграть в рыцаря-спасителя и укрыть меня, потому что знамя — это опасно.