Империя драконов 2. Чародейка смерти

Шш-ш…

От интонаций, с которыми кричал Бастиан, у меня холодок по спине пробежался. Я, как и парни, с ужасом продолжала смотреть на затихший кристалл.

— Он сказал измененные? — Голос Лана дрогнул.

— Нет! — с неожиданной яростью возразил Билш. — Он сказал несвязный набор букв!

В стороне раздался звук вспышки. Мы все обернулись в тот самый момент, когда над пригородом разрослась алая пентаграмма печати Эрбон. И защита куполом опустилась на землю.

— Все еще считаешь, что это не измененные? — спросила я, не скрывая страха.

— Да. — На губах мага появилась кривая усмешка. — В противном случае нам с вами, ребятки… конец.

***

Просторная комната, в стенах которой были вырезаны ячейки для свитков, утопала в полумраке. Только те, в ком текла кровь правящего Владыки Эрвальда, знали, что под мраморным белым полом императорского архива располагалась главнейшая Палата Душ.

После разговора с Диэсой Нилмэйна не покидала одна тревожная мысль. Она стала подобна наваждению. Никак не выходила из головы. Доставляла предчувствие чего-то неизбежно плохого.

Именно поэтому принц снова нарушил указ отца и, подойдя к стене, приложил ладонь к прохладному камню, открывая тайный ход.

Ниша поддалась быстро, задребезжала и осыпалась осколками на пол. Голубые огни один за другим вспыхивали в подвесных чашах, освещая каменные ступени, ведущие глубоко вниз. В сердце сакрального места императорского рода Митиан.

Через несколько минут Нилмэйн стоял в сотканной изо льда круглой комнате, где у стен расположились широкие колонны, на которых стояли стеклянные статуи драконов выше двадцати футов.

А в центре над полом парила полупрозрачная каменная плита с множеством живых архаических рун и рисунков, некоторые из которых постоянно менялись, словно кто-то невидимой рукой стирал надписи и записывал новые, меняя ход событий возможного будущего.

Пророчий камень — так его именовали все почившие здесь когда-то правящие императоры. Древнейший артефакт, о котором ведали только Владыка Свободных земель Эрвальд и Нилмэйн.

Опуская взгляд, дракон просматривал выжженное на плите будущее, уже явившее себя роду Митиан. Первое пророчество, которое касалось младшего сына императора, отпечаталось на камне двадцать один год назад и гласило следующее:

«Императрица Валирия родит через год сына, чью голову увенчает корона правителя».

Боги сказали свое слово. Супруга Эрвальда родила принца. Эларонису Митиану, младшему сыну Владыки Свободных земель, был дарован титул наследного принца.