По снегу босиком, вместе

Они сидели в обнимку и смотрели на звезды. Когда еще просто так помечтаешь и всяком несбыточном?

— Лучше бы я все же сдох. — Сиплый голос Кота разорвал тишину.Венди вздрогнула, и в ту же секунду маячки на тропе замигали тревожно, посылая одним им понятный сигнал.

8. Дело рук

Вот упрямый осел!

Сознание возвращалось болезненно. Тело ныло, как после многочасовых тренировок. Глаза Кот открыл с невероятным трудом, вглядываясь в темноту. Над головой тускло поблескивал полог защиты, под боком плясали языки пламени магического костра.

Рядом на корточках сидела Венди, протягивающая ему блестевшую белой поверхностью кружку.

— Выпей. Сильно крутит?

Послушно принял из девичьих рук горячий напиток, хлебнул, и тепло побежало по жилам. Молча кивнул. Да, именно так, его очень “крутило”. Словно прочтя в его мыслях вопрос, Ди ответила, усмехаясь, и отворачиваясь зачем-то:

— После принудительного оборота всех крутит. Хорошо еще, что ты морф: очень качественно твою шкуру порезали. Пришлось лечить кардинальными методами.

На что поймали тебя?

— На безмозглость. Клиническую.

Он наконец оглядел себя, разом поняв причину некоторой скованности девушки, сидевшей рядом. Первозданную, так сказать, красоту тела взрослого мужчины-рыси прикрывали лишь брошенные на его бедра теплые куртки. Лер постарался, наверное.

— А Гуло не возвращался?

Ди усмехнулась в ответ. Вид у Валентина был совершенно потерянный, даже убитый. Сложно далось ему столкновение с сильным и осведомленным менталистом. Уж если их так потрепало…

— Не хочешь рассказывать? Зря: каждый кирпичик информации делает нашу башню чуть выше.

Лер зачищает “хвосты”. Маячки охранного контура сработали: добрые и чуткие очень "друзья" пришли за тобой. Выручать, не иначе.

— А ты, птица, философ… Он пообещал ободрать с меня шкуру, если припрусь сюда с голым задом. Ты не могла бы…

Ди молча развернулась и быстро отошла за яркое пятно костра. Тут же из-за спины Валентина в контур защиты шагнул упомянутый Гуло. Ну как шагнул: — не было его только что здесь, и вот уже он, возвышается широкой тенью над съежившимся невольно Котом.

— Сколько их шло за тобой, помнишь? В Сумерках подцепил?

Лер брезгливо стряхивал с пальцев куски клубящейся Тьмы. Молча возникшая рядом с ним Ди кинула Валентину ворох одежды и села на корточки у костра, о чем-то напряженно раздумывая.

— Наверное, трое. Не пахнут, не мыслят, холодные. Трудно точнее сказать.

— Там были големы. Это паршиво: безмозглая нечисть меня совершенно не слышит.