Любимая ошибка короля интриг

— Так может, всё-таки напомните мне ваше имя? — он сказал это спокойно, почти без интереса, чем ещё сильнее вывел меня из себя.

— Истария, — ответила гордо. — Истария Лорсэт. Дочь Вирса Лорсэта, целителя из Сейрана. Города, который расположен в двадцати километрах от прекрасного каторжного поселения, где вас, дорогой Гиро, трижды почти убили.

Вот теперь его перекосило. Он даже сглотнул, а взгляд стал одновременно растерянным и колючим. Гиро побледнел, от показной расслабленности не осталось и следа. Он смотрел на меня так, будто пытался найти в чертах что-то знакомое… и не находил.

— Вы врёте мне, Истария, — холодно заявил он. — И с памятью у меня проблем нет. Зато у вас я вижу значок прессы, что многое объясняет. Так вот, хочу предупредить: если что-то из подсмотренной вами сцены, случившейся здесь совсем недавно, станет достоянием общественности, пеняйте на себя.

Сказав это, он погасил висящие над нами светлячки и ушёл… ни разу не обернувшись. Я смотрела ему вслед и никак не могла унять бурю эмоций, которая теперь стала ещё сильнее.

Всевидящий, как он может меня не помнить?! После всего, что было. После всех наших разговоров, вечеров, прогулок? Такое ведь невозможно просто взять и вычеркнуть из памяти! Или ему духу не хватило признаться? А может, просто где-то рядом бродит его жена, которая могла это услышать?

Но какая же он всё-таки тварь. Да как я вообще могла позволить себе тогда в него влюбиться? Ведь всегда считала себя серьёзной, здравомыслящей, умной.

Глава 4. Королева

Гиро

Соне не шёл. Время давно перевалило за полночь, а мои мысли всё никак не желали приходить в порядок. А всё из-за девчонки, ударившей словами по самому больному. Всего одна её фраза вернула меня в те недели ада, которые, казалось, удалось стереть из памяти. Да, они давно поблекли, но иногда всё равно возвращались в жутких кошмарных снах.

А виной всему, что случилось тогда, была одна тварь, решившая, будто я обязан дать ей своё согласие на магический брак.

Меня приговорили к десяти годам каторжных работ, хотя Хан всеми способами искал способ легально добиться моей казни. Я принял этот приговор и даже двадцать плетей на площади вытерпел. Думал, дальше будет легче. Но ошибся.