Тайна двух лун

- От этой чужачки одни беды, - добавила, докладывая тростник к навесу, вторая — суеверная Калу̀, худая с широким носом и выступающим подбородком. - Как только Аламеда здесь объявилась, к нашему болоту стала подступать Большая Вода, а на небе загорелась вторая луна. Это дурной знак.

- Большая Вода всегда приходит в одиночку, ей не нужны предвестники, - бросила Нита и крепко взялась за шест, к которому был привязан плавучий остров, давая тем самым понять, что она намерена ждать Аламеду столько, сколько потребуется.

И пусть кто-нибудь только попробует сдвинуть её с места.

- А что до второй луны, - добавила Нита холодно, - одним творцам известно, что происходит с небесными светилами по мере приближения к кладбищу миров. Аламеда тут ни при чём.

Среди женщин прошёлся возмущённый ропот:

- Носится с ней, как наседка с яйцом.

- Родня она ей, что ли?

- Откуда взялась эта Аламеда?

- Я слышала от прабабки, будто на затонувшем северном материке когда-то обитали светлокожие люди...

- Сдалась же тебе эта белянка, - бросила Найра, недовольно глядя на Ниту.

- Вот увидишь, скоро она уведёт у кого-нибудь мужа. Вон как они смотрят на неё.

- Так и разберитесь со своими мужьями, - хмыкнула Нита.

- Найра, между прочим, твой муж и на меня поглядывает, - вдруг произнесла с усмешкой девушка в платье цвета амаранта. Она сидела на краю острова, плетя верёвку из тростника, и казалась дикой лилией среди воды и зелёных стеблей. Ветер заигрывал с её длинными, по пояс волосами. Пронзительные глаза покосились на собеседницу.

Все засмеялись. Найра проворчала что-то и снова занялась младенцем. А не принимавшие участия в разговоре мужчины, услышав, что речь идёт о них, слабо возмутились, но тут же вернулись каждый к своей работе.

- Но женщины правы, Нита, - опять сказала девушка-цветок. - Белянка здесь чужая. Она не хочет идти с нами. Почему бы не оставить её в покое?

- Аламеда погибнет одна, и ты это прекрасно знаешь, Муна, - медленно, но упирая на каждое слово, проговорила Нита.

- Мы все дали клятву держаться вместе и никого не бросать. Что бы ни случилось, - она начинала с беспокойством поглядывать в сторону тростниковых зарослей. Куда запропастился этот Лони? Нужно было пойти самой.

- Твоя Аламеда никакой клятвы не давала, - возразила Муна и, оставив свою работу, вскочила на ноги, не менее сильные и мускулистые, чем у Ниты, но куда более стройные и длинные. - Белянка чужая и никогда не пыталась стать частью нашего племени.