Пять причин убить тебя

Но ничего, она справится!

- Смотрю, тебе уже не терпится, да? - ухмыльнулся Нэйвир. Она лапала его с такими злющими глазами, словно примерялась, куда бы всадить кинжал.

Мда, а у него, дурака, ещё сомнения какие-то были, хах.

- Конечно. Я сгораю от нетерпения. - проскрипела она, неосознанно сжимая рукоять меча.

Нэйвир глухо хохотнул. Не терпится, как же. Не может дождаться, когда кишки ему выпустит.

- После того как мы проведем ночь вместе, скажешь мне свое имя? - игриво спросил он, целуя кончик ее косы.

Девушка посмотрела так, словно не могла понять, чего хочет больше: отрезать ему руку, которой он ее коснулся, или обрезать волосы, которые Нэйвир поцеловал.

Ингвильд острожно увеличила дистанцию, помешкав буквально пару мгновений и сделав вид, будто поправляет ножны.

Имя он захотел, разбежался-то как! У нее аж зубы свело от неестественной улыбки.

Она не верила драконам и не хотела делиться с ними ничем, что принадлежит ей, будь то имя, еда или вещи.

- Конечно. - пообещала драконица, потому что спать с ним не собиралась, - Клянусь честью Чистильщика. - и твердо кивнула.

Нэйвир снова уверился, что все эти ее намеки - сплошное надувательство.

- Дальше мне нельзя, иди прямо, там будет раздевалка, а за ней купальня. - кивнул парень, махнув рукой на песчаную тропинку в высокой траве. Ингвильд напоследок оглянулась и буркнула неискреннее:

- Спасибо. - запоздало вспомнила, что она сегодня вроде как коварная искусительница, и выдавила из себя ослепительно-отвращенную улыбку, - Не забудь, я буду ждать тебя ночью.

- и торопливо скрылась из виду. Буэ, ее чуть не стошнило от этих слов.

Отдышалась и осторожно посмотрела назад - макушка красного дракона ещё мелькала у входа, значит не ушел. Небось гоняет грязные мыслишки в своей пустой голове и представляет эту ночь!

Ингвильд передернуло, до чего противно!

Она прошла до небольшого деревянного домика - внутри стояли лавки, на стене висело несколько полок, справа возле окна - шесть кабинок с тонкими плетеными перегородками и занавесками из соломенной циновки.

Девушка неуверенно оглянулась и прошмыгнула в пустую кабинку, нервно прокручивая на пальце пространственное кольцо. Стоило задернуть за собой шторку, как в домике послышались женские голоса. Ингвильд почему-то чувствовала себя крайне неловко, бесшумно прижалась к стене и замерла.