Пять причин убить тебя

Во всем и всегда она искала подвох. И не потому, что у нее паранойя и отклонения психики, а потому что… уже доверяла. Уже наивно верила в чью-то доброту.

Но так же, как Чистильщики не щадят зараженных, драконы не щадят Чистильщиков.

- Может тебе лучше отлежаться, а потом закончить? - она пропустила момент, когда этот раздражающий Навир или как его там, оказался рядом, - Все равно ничего путного не выйдет, пока ты в таком состоянии. - Ингвильд подняла на него расфокусированный взгляд и что-то тихо пробормотала своим севшим голосом.

Он был прав и признавать это было до ужаса неприятно. Девушка поморщилась, к головокружению прибавилась противная головная боль, пульсирующими ударами сдавливающая череп.

Ватные ноги слабо дрожали, Ингвильд убрала список жителей в пространственное хранилище и привалилась спиной к стене одного из домов.

Это куда тяжелее, чем сражаться с зараженными.

- Эй, совсем плохо, да? - участливо спросил Нэйвир, положив ладонь ей на лоб. Девушка была слишком горячей даже для дракона, - Отнести тебя домой?

- …ли.

- Что, прости? Я не расслышал. - он наклонился ближе, почти уткнувшись носом в ее шею, и девушке это не понравилось, но сил оттолкнуть красного дракона или хотя бы дать ему по морде у нее не было.

- Отвали. - сцедила она сквозь зубы, держась за горло. Говорить оказалось больно.

Мысли путались, Ингвильд закашлялась, отрешенно придя к выводу, что если на нее нападут сейчас, то отбиться она не сможет. Пожалуй ещё одна проверка, и пойдет домой.

Ноги подкосились, и в какой-то момент она снова оказалась у дракона на руках.

- Давай ты продолжишь меня ненавидеть, когда выздоровеешь, а пока потерпи немного, хорошо? - Ингвильд медленно прикрыла глаза, какой смысл спорить, если она сейчас даже нож в руке не удержит, - Я отнесу тебя к лекарю. Не переживай, среди них есть эльфийка, попрошу, чтобы она лечила тебя. Так что там тебя не обидят.

Нэйвир беспокоился, как бы лекари-драконы не свели в могилу его пару.

Ингвильд не беспокоилась, у нее просто не было на это сил. Разум плавал в каком-то болезненном мареве, ей хотелось спать, зарывшись в угли в камине, туда, где тепло и сухо. Озноб давал о себе знать мерзкой дрожью и тихим клацаньем зубов, и тепло чужого тела уже не казалось столь инородно-омерзительным.

Нэйвир торопливо шел в лекарский домик и не мог сдержать широкой глупой улыбки. Его пара сейчас так доверчиво прижималась к нему, не отталкивала и не ругалась.