Требуется жадная и незамужняя

Могло оно и вправду называться «Чернолесьем»? Но откуда о нем знает Кристина, совершенно случайно встреченная мною хозяйка цветочного магазина? Или она говорит о каком-то другом поместье?

- Я не могу сказать, - призналась я. – У меня потеря памяти. Не помню полгода жизни. И то, что вы спрашиваете, про мужа, беременность, выкидыш – всё оттуда, из тех полгода. Подруга рассказывала, что я встречалась с каким-то мажором. И да, про поместье тоже упоминала. Но что тогда произошло на самом деле, вообще неизвестно.

- Вот как, - Кристина присела бедром на стол, упираясь ладонями о крышку.

На какое-то мгновение эта поза показалась мне знакомой… и тут же это ощущение схлынуло. – Хм… Даже так… Надо же… Мажорчик, говоришь… Ну, в каком-то смысле…

- Извините, - сделала я еще одну попытку сбежать, пока блондинка временно ушла в себя. – Я пойду…

- Да куда ты пойдешь, - небрежно отозвалась Кристина. – Надо разобраться. Я так обрадовалась, что теперь есть с кем поговорить о поместье… Узнать, как там дела… Как назвали твоего мужа… Я ведь даже имени его не знаю… А тут вот оно как.

Вот думаю и никак не пойму. Зачем они стерли тебе память?

- Я думала, это из-за стресса, - озвучила я менее фантастическую причину. А то эта фея скоро сюда и магию приплетет. – Из-за выкидыша.

- Выкидыша не было, я тебе уже сказала, - отмахнулась Кристина. – Но меня беспокоит, что из-за потери памяти ты не поверишь ни одному моему слову. Это полбеды. Ты, похоже, не подозреваешь о своих способностях. Это хуже. Тогда они бесполезны.

Вот вроде и одарили тебя умениями, а толку-то… Яблоню же ты не специально распустила? Наверно, что-то подсознательное. И с теплом посреди зимы так же. Тебе просто надоело мерзнуть.

- Да я вообще в шоке была, когда из конца весны сразу прыгнула в зиму, - усмехнулась я, машинально принимаясь подыгрывать «фее». Почему-то весь этот бред начинал звучать логично. И это пугало. – Только что ходила в ветровке – а тут уже пуховик нужен. А я такая нарядная в платье с голыми руками. Конечно, не хотелось мерзнуть.

Лето-то я пропустила. Точнее, не запомнила.

- О! А я тебе сейчас покажу! – воспрянула духом блондинка и соскочила со стола. – Эх, придется немного пожертвовать лютиком…

Кристина раскрыла ладонь правой руки над горшечной фиалкой, а меня от ее слов будто током ударило. Что-то было в той фразе, до боли знакомое, до глухой тоски бьющее по сердцу…

Но тут произошло то, что затмило мою мимолетную реакцию на слова.

Действия были куда более шокирующими.