Требуется жадная и незамужняя

И, прежде всего, от людей поместья. Не только от убийцы, пытавшегося помешать тебе родиться. Что там говорил анасар? Родившихся Лютов уносят в лес? И что, бросают на верную гибель? Мой малыш не выживет в лесу, пусть он хоть сто раз лесная тварь. Он же сейчас беспомощнее слепого котенка, какой ему лес?

Я огляделась по сторонам. Кажется, еще никто не заметил исчезновения светящейся сферы. Значит, в особняке не знают, что Лют появился на свет.

- Сейчас, миленький, потерпи, мама что-нибудь придумает, - ворковала я, быстрыми шагами направляясь к дому.

Малыш теперь лежал у меня на руках. Прохладное тельце казалось неживым, и это заставляло двигаться быстрее.

В холле никого не было. Я прислушалась. Голоса доносились откуда-то со второго этажа. Крадучись, добралась до двери в мой коридор и медленно, как можно меньше издавая шума, ее отворила. И выдохнула с облегчением. Коридор был пуст. Никогда он не казался таким длинным. Я неслась по нему почти бегом, обнаружив, что силы, которых, видимо, оставалось совсем немного, начинают меня покидать.

Если так продолжится дальше, мы с ребенком ляжем помирать на пару. Стиснув зубы, я поднажала и вбежала в свою спальню.

Так, теперь ищем убежище. Куда мы спрячем малыша? Так, чтобы никто не нашел, кроме мамы? Одной рукой прижимая к себе лютика, другойраспахнула шкаф. Пустых полок нет, но такую можно организовать.

А если его станут искать в первую очередь здесь, в моей комнате, прошиб меня холодный пот. Мозг по-прежнему не торопился включаться в работу, ловя остатки дурмана.

Голова слегка кружилась, а по телу разливалась предательская слабость. Потихоньку начинали дрожать мышцы.

Ну же, соображай! Где не смогут найти маленькое насекомоподобное тельце? Под кроватью? На балконе? Куда мне спрятать лютёнка?!

Почему-то казалось, они обыщут тут всё, перевернув комнату вверх дном. Нет, пока они знают, что Лют в особняке, он будет в опасности.

Пока будут знать…

А если?..

Наскоро соорудив в шкафу подобие мягкого теплого гнезда, я закрыла дверцы шкафа и бросилась обратно, в сад.

Дыхание срывалось, в груди саднило, а сил двигаться почти не оставалось. Но я заставляла себя, уже не бежала, а шла, но упорно, не останавливаясь. Не выходила на дорожку, пряталась среди деревьев, надеясь, что из окон особняка оставалась невидимой. Лес возник передо мной темной стеной, и тут же к горлу подкатила паника.

Я сделала шаг, потом другой. Густые кроны шуршали над головой. Всё, достаточно.