Требуется жадная и незамужняя

К тому же, я боялась сломать ему лапки или навредить раненой спинке еще больше. Крышка отказывалась плотно закрываться, оставляя на обозрение большую щель.

Я металась по комнате. Плед! Я его забыла вернуть на скамейку, так и пришла с ним в особняк. Плед отлично укрыл и Лютика и всю корзину целиком, но добавил нам подозрительного вида. Только это не имело сейчас никакого значения. Главное – спасти ребенка!

Лишь бы дожил. Лишь бы успеть…

Сердце пронзила тревога. А вдруг не дотянет? Я не знаю, насколько серьезная эта рана, и не отдает ли концы малыш в этот самый миг?

И тут я вспомнила про возвращающий жизненные силы камень.

Что за ерунда?

Знакомый светящийся синий камешек я сразу бросила, откинув плед, в корзину. Второй, красный, с зеленой прожилкой, оставила на кровати. Не до него, позже разберусь, что нам такое подкинули в мое отсутствие.

А теперь в лес!

Не знаю, видел ли кто-нибудь мой спуск с балкона через окно и забег по саду.

Никого и ничего.

Даже леса. Даже жуткую ночную Тварь.

Любые страхи меркнут, когда приходит один единственный – страх потерять свое дитя.

- Ты здесь? – крикнула я, добравшись до отпечатавшегося в моей памяти и на картине места. Не спрашивайте, как я нашла его среди одинаковых с виду деревьев, полян и густых кустов. Я и не искала. Я бежала и бежала, прижимая к себе драгоценную ношу. Пока не поняла, что именно вот тут, рядом с мрачной чащей, три месяца назад я повстречала свой главный в жизни кошмар.

- Отзовись! – звала я его, словно от этого зависела моя судьба.

Потому что так оно и было. Потому что от него зависела жизнь моего ребенка. А значит, и моя жизнь тоже.

Я бросила плед на землю и открыла корзину, не зная, что меня ждет, иопасаясь увидеть самое страшное. Я ведь даже не понимаю, дышит насекомыш или нет! Никогда не понимала.

- Лютик! Ты как?

Малыш даже не пошевелился.

- Лют! – В панике закричала я на весь лес.

Ни один дикий зверь не прошелестел в траве, только в кронах деревьев запела птица.

- Я знаю, что ты разумный! И я уверена, что ты понимаешь мою речь! Так приди ко мне! Это срочно!

Безмолвный лес был свидетелем моих воззваний.

Лют не отзывался.

Я не сдавалась.

Я продолжала звать. Пыталась докричаться в это лесное равнодушное молчание. Достучаться до чужого внимания.

- Послушай, я его родила! Твоего ребенка.