Ученица Хозяина Топи, сказка с болот

— Открыто, — вымолвила тихо, предчувствуя грядущий нагоняй. Прямо все нутро девичье кричало, что сейчас с ней ласковы не будут.

Дверь отворилась со скрипом, натужно так, скрепя сердце. Не хотелось башне Лесьяра к девице в спальню пускать, да только куда ей супротив Хозяина. Тот вошел в комнату мягким шагом. Притворил за собой дверь, нарочито спокойно, а после оборотился с самым благодушным лицом.

— И что это, позволь узнать, было за представление? — и голос-то такой елейный, ласковый. — Полоз понравился? Так что же к нему сразу не пошла, а ко мне явилась?

И как-то совсем уже улыбка доброй не казалась, хищной, скорее, натянутой.

— Какое... представление? — только и сумела выдавить, не понимая, что он так гневается. Свечку в руки взяла, чтоб хоть чем оные занять, к груди прижала, подсвечивая лицо снизу, аки покойнице. С постели поднялась, как-то неловко при мужчине постороннем на кровати сиживать. А Лесьяр к ней прямехонько подошел, склонился, руки за спиной сцепив.

— Я тебе не общаться ни с кем говорил?

— Говорил... — а сама голову в плечи втягивает.

— Имени своего не называть говорил?

— Говорил... — куда бы спрятаться от глаз этих желтых, что с каждым словом все ярче сверкают?

— Касаться не позволять говорил?

— Говорил... — едва слышно уже молвила, отступила бы назад, да кровать стояла треклятая. Может, хоть бочком от него? Нет, так точно глазами испепелит.

Запахло жареным. Нет, в прямом смысле запахло.

Вскрикнула-ойкнула, поняв, что свечу слишком близко прижала, да так, что ткань запалила.

Это, конечно, хорошо, когда в груди огонь горит, сердце горячее, но вот когда НА груди полыхает, совсем не весело!

Свечу из рук выронила, себя пытаясь ладонями прихлопать, да только льняная ткань уже занялась. Доли секунды прошли, как пламя раздаться успело? Она же сгорит так!

На грудь легли две ладони, тотчас холодом ее окутывая, да боль от жара убирая. Пламя потухло сразу, словно в пальцы мужские втянулось.

И пламени-то уже и нет, а лапы мужские на самых, что ни есть мягких местах лежат нагло. Еще и ткани сарафана не стало, так через тонкую нижнюю сорочку все равно что безо всего лапают нахально. Сама не поняла, как то случилось, только жарко стало уже в своей ладони, да запоздало послышался шлепок. На руку и уставилась, понимая, что натворила.