Ученица Хозяина Топи, сказка с болот

«Надобно, пожалуй, завтра еще раз здесь полы намыть», — отметила Веська, на живот переворачиваясь. Подбородок на кулачки сложила.

— В следующий раз можете и не прятаться, Хозяин вас и так учуял, — наблюдая с улыбкой, сообщила потанькам.

— Да и без того знаем, что учуял, от него поди спрячься, — а сами один другому шевелюры от пыли чистят.

— Вас как звать-то?

Посмотрели угрюмо, обиженно даже.

— Не положено, — пробурчал тот, что справа стоял. Запоздало вспомнила Вешка, что и правда ведь у нечисти низшей имен не бывает.

— Вот уж, не положено, — фыркнула смешливо. Жалко стало чертят, — а как же я к вам обращаться-то буду, «эй, ты?»

Насупились. Э, так дело не пойдет.

— Ты тогда будешь, — призадумалась, глядя на правого, не замечая, как очи нечистика округляются в удивлении, будто бы в неверии даже, — Велизаркой, а ты, — прищурившись, смерила и второго глазами, — Вериславкой.

И тут нахлынуло, что аж вдохнуть пришлось поглубже, тошнотой накатило и теплой волной от ног до макушки, да так, что волосы на затылке зашевелились, и словно бы вытянуло из нее что-то.

Тотчас и слабость накатила. А на запястье запекло с силою, что Весенья подскочила несмотря на мушки перед глазами, на кровати усаживаясь, рукав стягивая. На собственное запястье уставилась, а там, будто выводимые незримой рукой, проявлялись два кружочка. Темно-красной отметиной, точно нарисованные. Попыталась стереть, да ничего не вышло.

А чертенята тем временем на пол грохнулись, да лбами к нему прижались в поклоне.

— Вы чего? — ойкнула, совсем не понимая, что происходит.

— Хозяйка нам имена дала, да силою своей поделилась, — не отрываясь от пола тихо пролепетал тот, какого она Велизаркой назвала, — теперь верой и правдой служить будем, пока имена не заберешь.

— И силу твою с благодарностью примем, — продолжил Верислав.

— Это что же, все потому, что я вас именами назвала? — закивали, все также к полу прижавшись, что совсем странно смотрелось, словно моськами по доскам елозили.

— Да встаньте вы уже наконец!

Поднялись тотчас.

— Как скажешь, хозяюшка, — и смотрят на нее своими глазищами масляными. Вот те на! Что ни сделает, все глупость какую-то... Вот и чем ей это все теперь выльется?

— А что значит, что вы у меня силу примете? — с подозрением спросила у потанек.