Память сердца

— Просто он наверно об этом не знает, — продолжил маг с усмешкой, указав рукой на приближающегося разгневанного Северного князя.

Радоница тихо выругалась, поминая всех мужчин недобрыми словами. И осторожно ступила назад, намереваясь скрыться среди гостей, избегая встречи.

Направившийся было за ней дракон, врезался в невидимую преграду. Раздраженная, она воспользовалась ведовской силой, отгораживаясь от надоедливого поклонника.

Дракон недоуменно попытался снова, а после, удивленный, отправился в другую сторону.

Судя по решительному выражению его лица — делать круг по залу в погоне за дамой.

— И чего он к ней прицепился? — вырвалось у меня вслух.

— Тебя удивляет, что ваша красота так действует на мужчин, даже драконов? — не преминул прокомментировать мои слова Нордвиг, так и стоящий рядом. И получил в ответ мой осуждающий взгляд.

— Ну надо же держать себя в руках! — высказала я свое отношение к происходящему, не скрывая недовольство нахальным поведением дракона.

— Надо, но как-то не получается! — со смехом ответил маг, разводя руками.

— Я, к примеру, жду не дождусь, когда мы отправимся на Схождение.

Сказал этот... предатель, выдавая все Чернышу. Фамильяр тут же ощутимо напрягся, с подозрительным прищуром на меня посмотрев.

— А я бы послушал, что там у вас про Схождение, — неторопливо, разделяя слова, произнес Черныш, глядя на меня с гневным прищуром. Таким, как обычно кот Наришу распекает.

Почувствовала, как невольно заливаюсь румянцем, аки дева трепетная. Прикидывала, как бы избежать откровений перед Чернышом и не рассказывать ему об уговоре с Нордвигом.

Стыдно признаваться, словно в непотребном.

После бегства Радоницы,Северный князь о нас позабыл, зато ко мне подошел наследный княжич драконов Эршанар.

Внутри встрепенулось дурное предчувствие, медленно вымораживая, подкрадываясь к сердцу. Нордвиг уходить не спешил, заинтересованно ожидая, чего надо дракону.

— Еще раз позвольте выразить восхищение вашей дочерью и ее самоотверженным спасением брата, — с легким кивком головы сказал тот, все больше заставляя настораживаться.

— Нариша воистину прекрасная жемчужина, способная осчастливить любого мужчину в дальнейшем.

«А вот с этого момента подробней», — подумала, чувствуя, как зверею, прямо как недавно Радоница, и готова сама покусать кого угодно.

— И я горд признать, что почувствовал в ней свою пару и готов бороться за ее расположение, следуя заветам предков, — продолжал свои изъяснения этот смертник, будущий.