Память сердца

А я буду знать, что с тобой все в порядке, — не останавливался в увещеваниях он, удерживая меня за руку, заглядывая в глаза с мольбой. — В отличие от твоих земель, сюда я могу приходить.

Слова, зарождающие сомнения. Но все выкладки и оценки уже сделаны!

— Позволь заботиться о тебе. Дать комфорт, оградить от забот и проблем тебя и малыша, хочу этого всем сердцем. Пока ты далеко, разве могу быть спокоен? — проникновенно сказал он, заставляя сердце учащенно биться.

Столько тепла, столько нежности, словно она готова затопить комнату, захватывая все вокруг.

Его ласковый взгляд, смотрящий в самую душу. Такой близкий... такой... необходимый?

Едва закончив говорить, Нордвиг мягко переместился из своего кресла, опускаясь передо мной на одно колено. Удерживая ладонь сильными, горячими руками, прижимая туда, где бойко стучало сердце. Билось, словно только для меня.

— Агламира, перед лицом Покровительницы, всеми силами мира, прошу тебя стать моей женой. Рука в руке, сердце к сердцу идти дорогами жизни. Клянусь любить, оберегать тебя, как самое дорогое, — произнес он, глядя прямо в глаза, заставляя трепетать.

— Да будет свет звезд и сияние солнца свидетелями чистоты моих помыслом и истинности слов.

И поцеловал, горячо, страстно, пока я в растерянности, хлопая глазами, переживала сказанное. Слова, так невероятно легко принятые сердцем, будто сливаясь с его биением, проникая в каждую частичку тела, в каждый уголок смущенного разума.

Неуловимым движением маг извлек из кармана камзола брачный браслет. Удерживал его в руке, демонстрируя серьезность и бесповоротность намерений, заглядывая в глаза с пронзительной решимостью.

Пока я пыталась справиться с захватившим волнением.

Появление пищащего Яшки, выскочившего на моем плече и тут же нежно обнявшего за шею, прервало наши с магом затянувшиеся гляделки.

Фамильяр негромко голосил, на что-то ругаясь на своем непонятном языке. А может, утешал, наверняка всплеск моих эмоций заставил его переместиться. Уж очень чутко он меня ощущает.

Нордвиг с улыбкой уселся обратно в кресло, позволяя мне заняться требующим внимания фамильяром, глядя на нас снисходительно.

Волнующийся Яшка еще немного попищал, и убедившись, что ничего страшного не происходит, принялся осматриваться вокруг.

Первым делом этот вечный проглот, а может просто растущий магический организм, приметил выставленное на сервировочном столике угощение. С восторженным писком направившись в его сторону, ловко перебираясь по моему платью хваткими лапками-крыльями.