Берегите хвост, Ваше Величество!

Если ни с телефоном, ни с Бенедиктом не выгорит – попрошу у султана хоть обои бежевые. Или ткани. Много ткани.

Тем не менее, как могла, постаралась навести порядок, спрятав подальше самые пестрые вещи.

Теперь гардероб.

Выложив все тряпки на кровать, отобрала более-менее приличные, коих оказалось совсем немного. Ладно, работаем с тем, что дали. Если вот это розовое поверх того синего надеть, то будет хотя бы не так прозрачно.

Интересно, здесь есть зажигалки? А то я бы с удовольствием сожгла все остальное, что они тут называют одеждой, хотя в людском мире такое даже в секс-шопах не продают.

С чувством выполненного долга, убрала приглянувшиеся тряпки обратно в шкаф, а из непонравившихся скрутила лебедей, каких в турецких отелях видела. Птицы вышли кривыми, но я с гордостью разложила их по кровати. На озеро она от этого походить не стала, скорее на пернатый бордель. Да и лебеди, если честно, попугаев куда больше напоминали, ну да ладно. Утром придут змейки – попрошу их с собой это счастье эксгибициониста забрать.

Сон по-прежнему не пришел, и вздохнув я взялась за гитару. А что еще делать? Книжек тут нет, телевизора с интернетом тоже. Так бы хоть в мемы позалипала, пока спать бы не захотелось.

Конечно, уже поздновато концерты устраивать, но сон змей – это совершенно не мои проблемы.

Присев на кровать, затянула:

– Шансы султанихой стать усилились стократно

Все говорит об одном – что нет пути обратно,

Что привела меня к нагам долбанная змейка,

Что у прохода к людям села БАТАРЕЙКА

У-о-о-и-я-и-е-е… БАТАРЕЙКА…

Незваного гостя в этот раз заметила сразу, а потому перестала петь, отложив инструмент.

– Что, опять обзываться пришел? – спросила, нахмурившись.

На пороге, облокотившись о косяк стоял Йен.

– Да нет, спать вот собирался, а тут кто-то запел…

– А-а-а, – кивнула с пониманием. – Ну, вон там на кровати тряпки, что вы платьями зовете. Возьми, сколько хочешь, сделай себе парочку берушей.

Извиняться за представление не собиралась, особенно перед Йеном. Перед султаном еще бы, может, подумала – нам с ним все же теперь сотрудничать.

– Так зачем затыкать, – пожал плечами Йен, с интересом оглядев кошмар орнитолога. – Ты чудесно поешь.

Чудесно? Ну да ладно, спорить не буду.

Я сама свой голос всегда не слишком привлекательным считала, да и слух у меня ближе к тупому, чем к острому. Хотя, змеи, кажется и вовсе глухие…

– Спасибо.