У каждой лжи две правды

– Вчера на ужине Пшемислав был, сегодня этот заявился…

Она расправила салфетку из плотного хлопка, расстелила ее на коленях, потянулась за чайником и блинчиками с медом.

Гроб с телом пани Альжбеты поставили в той самой гостиной, где совсем недавно праздновали ее юбилей. Стену занавесили черной траурной тканью, спрятали зеркала, в вазы поставили белые гвоздики, что щедро растут на кладбищах и, говорят, по дороге в загробный мир, зажгли свечи, пригласили храмовника и его жену, которые по очереди читали молитвы.

Но в столовой ничего не тронули. Будто не решившись и здесь напоминать себе и другим, что человек смертен и смертен внезапно.

Марек оторвал взгляд от пани Заремской, спрятался за свежей газетой и что-то буркнул в ответ.

– И вам доброго утра! – Янек сиял как свежеотчеканенный злотый. – Как себя чувствуете? Стефания, радость моя, ты сегодня прелестно выглядишь!

Новость, что градоправитель вечером обитал в особняке, его не обрадовала. Ведь и он тогда мог яд подсыпать. Или приказать. Не так верны слуги в этом доме, как хотелось бы.

Или пани Амалия, которая с мужем заходили вчера в полдень на минутку, выразить соболезнования и заверить, что они помогут в любом случае и в любой ситуации.

«Роза пустыни» … Древнее заклинание, древний яд. Что у нас тут еще есть древнее? Но зачем мумии травить его невесту?

Марек и Божена – племянники убитой Альжбеты, а профессор с женушкой могут и за близких родственников жреца сойти. Других все равно нет. Они наиболее подходят для новой личины…

Пан Йержимановский ослепительно улыбнулся.

Кажется, мумия не горит желанием быть найденной.

– Что пишут? Что в городе нового? – он не дождался приглашения и уселся на свободный стул, притянул к себе чашку и всю тарелку с бутербродами.

– Да ничего особенного, – Марек сделал вид, что наглость его ничуть не задевает. – Соболезнования на три страницы, расписывают, какая тетушка была замечательная и сколько она полезного сделала для города… Будет служба в храме, посвященная ее памяти.

Идти придется, – и мстительно добавил. – Вам тоже, ведь Стефания живет у нас, а вы как-никак ее жених.

– Конечно-конечно, – Янек беззаботно помешивал ложечкой чай.

– На последней странице объявление о музыкальном салоне, но нам туда не попасть, траур как-никак! Реклама ритуальных услуг… Кстати, указано, что мы именно у них гроб заказывали.

– У трех контор одновременно?

– И … – пан Ожешковский слегка нахмурился и перечитал еще раз, прежде чем сказать.