Призванная. Когда закончится время

Только со второй попытки получилось попить и остановить кашель. Больше рагзговоривать я не пыталась.

Макс подошел вплотную, чтобы я его услышала.

— Снега становится меньше. Скоро идти станет легче. Как только сможем бежать — побежим. Здесь заканчивается снежный лес, мы на его границе.

Он забрал бутылку и, поймав мои руки, сжал их в своих, согревая. Пальцы покалывало от его тепла.. Я еле сдерживалась, чтобы не трястись, и постоянно шмыгала носом. Макс оценивающе посмотрел на меня, и, если это не было полубредовой галлюцинацией, в его глазах на миг отразилось сочувствие.

— Сможешь бежать?

Я утвердительно закивала, хотя сильно в этом сомневалась. Он тоже нахмурился: видимо, не только я в это не верила.

— Как только пересечем линию волчьих земель, станет теплее.

К этому времени я успела прижаться к его плечу, грея то ли щеки, то ли ухо. Он медленно обнял меня. Даже сквозь плащ я чувствовала тепло его тела. Какое-то время мы так и стояли.

— Ами, — окликнул он меня. — Ты слышишь?

Все тело ныло, двигаться не хотелось.

Пришлось силой заставлять себя отступить на шаг и посмотреть на него.

— Осталось немного, потерпи, — сказал он, с граничащей с нежностью — заботой в голосе.

Я кивнула.

— Надо идти, — добавил он тут же сухо, что я засомневалась в том, говорил ли он предыдущую фразу или мне уже мерещится.

Макс не стал отпускать мою руку. Лина сунула бутылку в рюкзак и тоже схватилась за него. Моя сестричка! Она так хорошо держалась: не плакала, не отставала и почти не разговаривала. Мне так хотелось обнять ее, сказать, как сильно я ее люблю, но я просто тащилась вперед, схватившись за Макса.

Сил не осталось даже на то, чтобы смотреть по сторонам, нет ли рядом опасности. Солнце уже наполовину село, когда я ощутила то, о чем говорил Макс: снега стало меньше, под ним чувствовалась трава. Откуда-то взялись силы прибавить в темпе, и я уловила улыбку Макса, который заметил, что я воодушевилась. Лина устроилась у него на плечах, когда начала валиться от усталости, и к этому времени уже часа три сидела там, поэтому она первой увидела проснувшихся хозяев этой земли.

— Волки! Волки! — завопила она. В этот же миг закатился последний солнечный луч, и раздался жуткий вой. Разве они не должны собраться из снега в том же месте, где развалились? Вой приближался. Видимо, нет. Мы побежали, если это можно так назвать. Из нас бежать смог бы разве что Макс, но он не отпускал мою руку. Я обернулась, и сначала мне показалась, что за нами обрушилась лавина.