Призванная. Когда закончится время

— А вот и нет!

— Отчего же?

— Я бы им сказала, что пришла дружить!

— Вряд ли они бы поняли.

— Меня все понимают! Как бабочки. — уверенно заявила девочка.

— Ага, бабочки. — поддразнил он.

— Правда! — обиженно заявила Лина и вырвалась вперед.

— Она все утро забавлялась с ними, — поддержала я сестру. — В нашем мире бабочки пугливые и не садятся на людей, а здесь — словно ручные.

Макс посмотрел на Лину, погрузившись в свои мысли и больше не улыбаясь. Видно, ему надоело забавлять нас рассказами.

— Смотрите! — крикнула она.

Лина стояла в центре небольшого вихря из бабочек. Они роились вокруг нее, словно исполняли неведомый нам танец, и с каждой минутой их становилось больше. Лина заливалась смехом. Я шагнула к сестре, немного завидуя ей: хотелось бы, чтобы они так же играли со мной. Сестренка сделала жест, и часть насекомых закружила возле меня — не так много, но достаточно, чтобы вызвать восторг. Они облепили мои руки, и я размахивала ими, словно крыльями, оставляя за собой шлейф из бабочек. Те совершенно не боялись и не желали улетать.

Взлетая и снова садясь на свои места, эти крохотные яркие лепесточки пробуждали детскую радость и веру в волшебство.

Краем глаза я взглянула на Макса, ожидая увидеть его удивление, но как раз он удивил меня. Макс смотрел холодно и неодобрительно.

Он двинулся вперед и одернул малышку:

— Прекрати!

Лина застыла.

— Сейчас же! — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Никаких бабочек или любой другой живности! Как бы ты это не делала, не повторяй больше подобное! — Прозвучало грубо, и он добавил чуть мягче: — Хорошо?

Малышка стояла, сдерживая слезы.

Бабочки разлетелись, рассеявшись по поляне.

— Нужно идти дальше, — напомнил Макс и зашагал вперед.

Я была в такой же растерянности, как и Лина, не понимая, что произошло.

— Не плачь малыш, все хорошо. — Я опустилась на колени, успокаивая сестренку. — Знаешь, некоторые мальчики просто не любят их.

— Не хочу больше с ним дружить, — сквозь слезы проговорила Лина.

— Вот я сейчас, пойду и поругаю его.

Только не плачь, Лина, пожалуйста.

Она закивала, утирая слезы.

— Сильно-сильно?

— Сильно-сильно! — пообещала я и побежала за Максом.

— Что это было?! — закричала я от возмущения, пытаясь догнать. — Зачем ты так? Ты же обидел ее!

— Нужно идти, — бросил он, не оборачиваясь.

— Она еще ребенок! Так нельзя!

— У нас можно, — ответил он сухо.

— Да что на тебя нашло?! Зачем ты так с ней?

Резко обернувшись, он остановился, и, разумеется, я налетела на него.