Блажий Омут

На каждом коптили старые лампы, заправленные жиром. Большая печь в центре комнаты была расписана яркими алыми маками. Белёные стены украшали вырезанные из дерева картины с изображением богов и духов. На окошках висели ажурные шторки, пожелтевшие от времени. Меж столов вместо половичков лежала свежая солома, которую было легче убирать, дабы поддерживать полы в чистоте.

В помещении обнаружилось ещё три двери. Одна из них оказалась приоткрыта и, судя по звукам и запахам, вела в кухню.

Пахло квашнёй и свежим хлебом.

Вечерние сумерки охотно забрались внутрь скудно освещённого помещения. Тени клубились по углам, скрадывали очертания предметов. Закатное солнце смотрело сквозь мутноватые окошки, бросая внутрь трактира мерно тающие дорожки золотистого света.

В этот час все столы, кроме одного в дальнем углу, оказались заняты. Туда я и прошёл, чтобы усесться под бородатый лик Перуна, вырезанного из потемневшей дубовой доски. Покровитель воинов смотрел на меня сурово из-под строгих кустистых бровей.

Варгин юркнул под лавку и сел, прижавшись к моим сапогам.

— Ловчий! — из кухоньки вышел высокий мужчина лет сорока на вид. Трактирщик, судя по всему.

Не слишком толстый, но слегка упитанный. В простых домотканых штанах, лаптях и полинялой серой рубахе. Он вытер руки о свой потёртый фартук, пригладил густую седеющую бороду и направился прямиком ко мне с вполне приветливым выражением лица. На диво. А раз Ловчего привечали с радостью, как дорогого гостя, значить это могло только одно — дела в селе Берёзовое и вправду идут хуже не придумаешь.

Собравшиеся за трапезой люди проводили его пристальными взглядами, однако, потеряли интерес быстрее, чем мужчина добрёл до моего угла под ликом Перуна. Застучали ложки, а беседы продолжились. Будто всем действительно было важнее поскорее завершить ужин и разойтись по домам, пока не стемнело, нежели глазеть на пришлого незнакомца, да внимать чужим беседам.

Трактирщик опустился на лавку напротив меня. Протянул руку для приветствия.

— Добро пожаловать в наше село, — трактирщик улыбался, разглядывая мой наряд не без восхищения. — Уже ли вправду Ловчий?

— Ловчий, — я кивнул. — Зовут меня Лех. А ты, вероятно, Найдён, который по соседним деревням кидал клич в поисках моего брата по оружию?

— Верно, — трактирщик сплёл пальцы пред собой на столе, улыбка на его лице угасла.