Блажий Омут

Словно бы старуха специально не ухаживала за ними, чтобы всегда быть осведомлённой, ежели незваный гость нагрянет.

В нос ударил запах старушечьего жилья. Залежавшееся тряпьё, немытое тело и перепревшие травы мешались с горьким привкусом железа, который осел на моём языке тотчас, как мы вошли.

Что снаружи, то и внутри: бедное, запущенное жилище одинокой женщины, сведущей в колдовстве, с яркими новёхонькими подарками от селян. Пучки трав на крючьях по стенам. Костяные и железные обереги, точь-в-точь как в селе на каждом углу.

— Кот? — я присел на корточки подле спёкшейся лужи. — Что думаешь?

Мой друг нехотя переступил порог. Шерсть на его спине стояла дыбом, усы топорщились, а жёлтые глаза глядели сердито. Варгин приблизился к луже. Понюхал. Лизнул. Дёрнул носом.

— Человечья, — он снова понюхал. — Но сомневаюсь, что её убил упырь.

— След возьмёшь, ищейка моя верная? — я выпрямился.

Варгин поднял на меня янтарные очи и будто бы даже усмехнулся в свои кошачьи усы.

— Гав, — насмешливо вымолвил он. — Возьму. Куда денусь?

Кот в последний раз понюхал залитый кровью пол и с важным видом направился прочь из избы. Я поспешил за ним.

Мы обогнули ведьмин домишко и двинулись вдоль берега. Под ногами влажно пружинили кочки. Вода здесь подступила совсем близко. Благо, идти оказалось недалеко.

Варгин остановился возле участка рыхлой земли, чуть прикрытой сверху пожухшим дёрном.

— Подле избы я видел лопату, — он выразительно муркнул.

А я со вздохом пошёл назад. Ту лопату я тоже видел.

Копать закончили в густеющих сумерках под назойливое кваканье лягушек. Понятное дело, что в земле нашёлся не клад, а завёрнутый в стёганое одеяло труп старухи. Уже весьма прогнивший и раздутый от воды, пористый, изъеденный червями и безглазый. Только варгин сказал точно: убил бабку Умилу не упырь. Ей разбили голову чем-то тяжёлым, вроде топора или ледоруба.

— Горло цело, — я нахмурился. — Били сзади так, что удара она не ждала. Стало быть, убийцу своего знала и не удивилась его приходу. Петли вон какие скрипучие. Она не могла не знать того, кто явился.

— Она их тут всех знала, Лех, — Кот закатил глаза, сидя над тошнотворно воняющим трупом. — И кто-то вправду её не взлюбил.

— За что, интересно, — я приподнял верхнюю губу мёртвой старухи.