Проводник. Когда мертвые молчат

- Урсон говорит, что те заложники, что они видели, очень странные.

- Что значит странные?

Ферт помолчала, задумчиво вглядываясь вдаль, словно там скрывались ответы. Терпеть не могу, когда люди подобным образом оттягиваю ответ, который может не понравиться.

- Он говорит, там были люди на инвалидных колясках, одна женщина выглядела, словно не в себе: отсутствующий взгляд, слюна, безвольные движения.

- Ну и что? – не понял ее намек. Что именно она хотела этим сказать?

- Аарон, в полицию не поступали заявления о пропаже людей или о похищении.

Их никто не ищет.

- И? – я готов был уже взорваться, но пока еще мог сдерживаться. Ферт сама сейчас разговаривала со мной, как с умственно отсталым.

- Темные твари, Ворн, да они добровольцы! Ты что не понимаешь? – Ферт всплеснула руками, а я почувствовал себя тугодумом, потому что даже Лиа написала это.

Если они добровольцы, тогда понятно, зачем столько пиков в цикле и энергии. Ее явно больше, чем нужно было бы одному человеку или даже двоим.

- Тогда зачем они сказали, что у них заложники? И зачем им я?

- Тянут время.

А насчет тебя не знаю, - пожала комиссар плечами, складывая руки на груди. Ее холодные глаза блеснули в отсветах заходящего солнца, и она зло сказала: - Играются, детки, думают, что водят за нос полицию.

- Ну, они и водят, - констатировал факт, - и водили. Если это добровольцы, то значит их уже гораздо больше, чем двое, это уже сговор, банда.

«Не обязательно», - не согласилась Лиа, - «это эксперимент с добровольцами, этапами и выводами.

Они пробуют систему гораздо раньше, чем это станет возможно, действуй они в рамках закона».

- В рамках закона им никто не дал бы убивать одних людей, чтобы спасти других.

«Точно?» - прищурилась Лиа.

- Ты на что-то намекаешь или просто не любишь страну? – Ферт и сама говорила без пиетета к империи и императору.

- Лиа права, - прервал спор ни о чем, - они форсируют события в заказанном эксперименте. Сколько лет еще пройдет, прежде чем научный совет даст добро на первые эксперименты на людях? Предположу, что многие не доживут до этого.

Те же Тарвис и Юрвис. Сколько им? Около тридцати? Проводники не доживают до сорока. Даже я не доживу.

Ферт выгнула бровь, выражая сомнение:

- Ой, Ворн, ты выплывешь из любого дерма.

- Знаете, комиссар, смерть не спрашивает, насколько ты изворотлив. Она просто забирает и все. Так что мы делаем дальше?

- Урсон пока забалтывает их, тянет время. Авер уже почти прибыл, мы с ним поговорим, а потом ты пойдешь туда.