Сбежать из Академии

— А где пятое окно?

— А во-о-он там, — смотрительница указала узловатым трясущимся пальцем в противоположный конец зала. — Сразу за терминалами. Между сто первым и девятнадцатым.

— Господи, ну что за бред! — выцедил Антон, схватил номерок и широким шагом двинул в указанном направлении.

«На первый путь прибывает поезд двести двадцать девять Орешек-Опочка, — объявила диспетчерша, и гнусавый голос эхом отразился от расписных стен. — Нумерация чётных вагонов с хвоста поезда. Нечётных — с головы. Будьте внимательны и осторожны.

Повторяю...».

— Эй! Подожди! — я поспешила следом. Ух! Дались ему эти треклятые чемоданы!

Однако догнать Антона оказалось сложнее, чем я думала: партия приезжих заполнила вокзал, и протолкнуться к терминалу сквозь плотный поток людей и нелюдей фактически не представлялось возможным. На какой-то миг я потеряла новобранца из виду.

«Удрал!» — мелькнуло в голове, и я похолодела. Кошмар кошмарский! Если кафедра останется без метафизика в конце года, да ещё и накануне проверки — не сносить мне головы! Мегера не случайно надзор в моём лице к нему приставила.

Сказала: «Лучше перебдеть, чем недобдеть». И, чёрт побери, так и есть!

— Дались ему эти чемоданы, — бухтела я, продираясь через толпу. — Одну ночь мог бы и без трусов обойтись!

Да, прикид новенького — что-то с чем-то: порядком выцветшая, застиранная красная футболка с Пикачу под Че Гевару, линялые джинсы и кеды. В такой одёжке до занятий не допустят. Но это ничего: закутали бы его в профессорский балахон, и дело с концом.

А спать и без исподнего можно. Так нет же! Приспичило ему тащиться в такую даль за проклятущим багажом!

Однако едва удалось протиснуться к нужному окошку, я поняла: тащиться стоило.

Антон успел получить свои баулы и из одного чемодана извлёк...

— Это что же? — Я подошла ближе, не веря глазам. — Котёнок?

— Ну, точно не чапаевец с пулемётом, — хмыкнул новобранец и почесал серополосатого зверя за ухом. Зверь заурчал.

— В Петрозаводске подобрал, — пояснил Антон, — мы там почти два часа простояли.

А эта любопытная морда... — Антон кивнул на мурчащий комочек и хмыкнул. — Подобрался к платформе да на рельсы ухнулся. Пришлось спасать.

— Ясно, — кивнула я. Когда-то давно, до знакомства с первым Которектором, я тоже любила кошек. Ну, обычных таких. Домашних. Тех, которые не носят шляпы и пальто, ничего не согласовывают, не дают распоряжений и не приезжают с проверками в самый неожиданный момент.