Кукла Советника

Извиняться, глядя сверху вниз, показалось неловким, и я спешилась.

– Прости, что накричала на тебя. У меня был очень плохой день. Я понимаю, что это не оправдание, и все же извини. И спасибо за ягоды, я очень люблю землянику. – Соврать стоило хотя бы для того, чтобы увидеть, как сияют его глаза.

– Хотите, я почищу вашу лошадь? – поднырнул оруженосец под жерди.

– Не нужно, конюх… Хотя давай вместе, – неожиданно для себя самой предложила я.

Я давно не возилась со скребком и подрастеряла навыки.

Алан уже справился со своей половиной и начал помогать мне, вычищая бок.

– Откуда ты? – спросила я, чтобы завязать разговор.

– Из Гадейры, – ответил мальчишка. – Есть такой городок на побережье. Родился там, там же рос при гарнизоне. Когда мне исполнилось восемь, господин Динас взял меня в оруженосцы. – Динаса я знала. Широкоплечий, с волосами, растущими мысом, он был вечно угрюм и безупречно вежлив. – Мы жили в Оваре, Мельяде, были на островах, а потом граф взял моего господина на службу.

И вот я здесь, – закончил Алан, отбирая у меня губку, которой я хотела промыть глаза Вороне. – Давайте я.

– Укусит, – пыталась предостеречь я оруженосца.

– Лошади меня любят, – отвел на сторону конскую челку Алан.

– А сколько тебе лет?

– Шестнадцать, зимой исполнилось.

– Ого, – удивилась я.

– Да, я выгляжу младше, – недовольно проворчал Алан. – Но я еще вырасту!

Смешной такой.

Я уселась на охапку сена, глядя, как он обихаживает Ворону.

Вредная кобыла действительно смирно стояла, пока Алан чистил ей глаза и расчесывал гриву.

– А вы совсем никогда не выходите из замка, госпожа? – наступил на больную мозоль оруженосец.

– Меня не выпускают, – поморщилась я.

– Ваш брат боится похищения?

– Мой брат вообще всего боится. Алан, где ты выучил наречие Острова Сладкой Росы?

Юноша медленно водил гребнем по лошадиной гриве, растягивая время.

– Я специально не учил. Мне языки легко даются.

Услышу здесь, там… Ну и запоминаю.

– О-о, – завистливо протянула я. Мне мозгодробительные конструкции зачастую приходилось зубрить.

Сидеть было хорошо. В стойле тихо, прохладно. Но два часа уже прошли, еще немного – и Тим сам сюда придет, проверять, чем это я занимаюсь на конюшне.

Я поднялась, отряхивая штаны.

– Мне пора, Алан. Спасибо, что помог.

– Я рад вам помочь, госпожа, – поклонился оруженосец.

– Еще увидимся, – попрощалась я.