Кукла Советника

– Я… Я стесняюсь…

Нет, а если бы у меня действительно были месячные, он бы смотрел, как я достаю окровавленную тряпку из панталон?!

Совесть у него все-таки была – граф отвернулся. А я опрометью бросилась прочь из кабинета, загнанным зайцем побежала наверх, в свою спальню, и с грохотом задвинула засов. Боги, где же Тимар? Где Уголек? Где хоть кто-нибудь? Почему в коридорах никого не было?

– Лира, открой.

Я замерла, делая вид, что меня здесь нет.

– Лира!

И удар.

– Открой, или я выломаю эту лярвину дверь!

Я попятилась, пытаясь скрыться в ванной.

С громким треском сломался засов, зазвенела, катясь по плитам, удерживавшая его металлическая скоба. В спальне было темно, и силуэт Йарры, освещенный факелами из коридора, показался огромным.

– Регулы, значит, – сказал он, плотно прикрывая дверь. – Маленькая врушка!

Между нами был круглый стол, и я отступала вокруг него, не подпуская графа.

– В кошки-мышки хочешь поиграть? – Я не могла разглядеть его лицо в темноте, но голос не сулил ничего хорошего.

И к двери он меня больше не подпускал, стоя так, что она постоянно оказывалась у него за спиной. А потом Йарра, оттолкнувшись рукой, проскользил на бедре по столешнице, свалив вазу с цветами, и схватил меня в охапку, зажимая рот.

– Хитрая Лира, – выдохнул он мне в ухо. – Надеялась обмануть меня?

Я брыкалась, лягнула его, мыча бессвязные проклятия.

Йарра охнул и выругался. Перекинул меня через плечо и понес к кровати Тимара, бросил на матрас, навалился, удерживая на месте.

– Значит, хочешь по-плохому?

– Ненавижу вас! Ненавижу, ненавижу, ненавижу!.. Будьте вы прокляты!

Сопротивление лишь распаляло графа.

– Шильда…

Йарра впился в мои губы, пытаясь снова поцеловать, и я укусила его – изо всех сил, до крови.

– Дрянь!

От пощечины потемнело в глазах. Треск разрываемой сорочки, табачное вино мужского дыхания, грубые руки, боль…

И вдруг все закончилось. Раздался знакомый, такой замечательный, практически родной свист бамбуковой палки и шлепок, с которым она опускается на голое тело.

И еще раз. Йарра получил четыре удара, прежде чем скатился с меня, что-то крикнул на родном языке Роха, который я так и не удосужилась выучить.

Вместо ответа Учитель ударил его по щеке тыльной стороной ладони.

– Вон из моего дома! – заорал Йарра. – Чтоб я тебя здесь не видел!

– Ты стал зверь, Раду, – ответил островитянин. – Я уходить завтра. Сейчас я быть с Обезьянка. – И добавил: – Прикройся, Раду. В коридоре слуги.