Кукла Советника

Высокие перистые облака будто пришпилены к сиренево-розовому куполу, а мелкие тусклые пока звезды похожи на цветки венечника.

– Плавать будешь? – спросил Тимар, снимая сапоги.

– Буду, – улыбнулась я, стягивая жилет. Запасные бриджи и рубашка лежали в седельной сумке.

Неуклюжий из-за больной ноги на суше, в воде Тим преображался. Быстрый, ловкий, сильный – за то время, пока я, отплевываясь и задыхаясь, переплывала неширокую, в общем-то, речку, он успевал трижды сплавать туда и обратно. Нырял, как рыба, поначалу пугая меня долгим нахождением под водой чуть не до икоты.

Вот и сейчас скрылся из глаз и появился уже на том берегу. Отдышался и поплыл обратно, мощно загребая руками.

Будь моя воля – я бы плескалась вдоль берега, там, где покатое песчаное дно и теплая, как парное молоко, прогретая солнцем вода. Глубины я боялась. Но Тим упорно загонял меня на середину реки, в стремнину, где мягкие водоросли пытались оплести ноги, как волосы утопленниц.

– Утонуть я тебе не позволю, но и халтурить не дам.

Сама поплывешь или в воду забросить? – пригрозил он, когда я рассказала о своих подозрениях насчет нечисти.

Но, несмотря на показную суровость, в тот день он держался рядом со мной, а в следующий раз, перед тем как идти купаться, привязал к моей руке короткий нож.

– Чтобы было чем водоросли резать, если запутаешься.

Плавала я… Ну, скажем так, не очень хорошо. Точнее, очень плохо, и главным моим достижением, которым я искренне гордилась, стало умение держаться на воде. Правда, стоило шевельнуться, как я начинала тонуть.

Красиво, как Тимар, загребать воду, лежа на спине, не получалось. Я брызгалась, фыркала, заливала водой уши и, кое-как перевернувшись, по-собачьи добиралась до мелководья. А вредный Тим, посмеиваясь, цепко хватал за щиколотку и снова тащил в глубину.

Держась за его плечо, я перевернулась на спину, разбросала руки и ноги звездой и медленно дрейфовала вниз по течению. Тимар лег рядом, сжимая мою ладонь.

– Хорошо, – тихо сказал он, глядя на стремительно темнеющее небо.

Частые, крупные звезды мерцали над головой, отражались в воде, и мне казалось, что еще немного – и нас прибьет к лунному берегу.

Тим подхватил меня под мышки и уложил себе на грудь, поплыл к отмели.

– Простудишься, – пресек он мои протесты.

Клацая зубами от ветерка, холодившего мокрую одежду, я быстро переоделась в сухое. Хорошо Тимару – только бриджи сменить. Мне же он категорически запрещал плавать в одних портках – неприлично.