Чародейка по ошибке

— Я не кузнечик, чтобы по комнате прыгать, — фыркнула я.

В объятых этого медведя я чувствовал себя на удивление уютно.

— Хорошо, не кузнечик, главное в обеих теориях: ты чародейка. Кольца подтверждают, что ты ребенок двух чародеев.

— Я светлый…

— Кто-то обещал выслушать? — выдохнул в макушку Эв, плотнее притягивая к себе.

— Ладно, слушаю, — согласилась я.

Теория с кольцами выглядела дикостью. Мама бы точно написала про принадлежность к чародеям!

— Ты чародейка, именно поэтому вызвала демона. И изменила внешность мары, Волдемару тоже досталось.

Я обеспокоенно заерзала. Слова Эва все больше походили на правду. Демоны слушают тех, в ком есть магия чародеев. Конечно, Брендана он мне не отдал, но, может, я как-то не так приказывала? Идем дальше — мара. Мары, видимо, умеют менять внешность. Я испугалась и… А призраки исчезают…

Нет! Не верю! Я знаю Эва пару часов! Неизвестно, что у него на уме. И…

Я обреченно вздохнула. Эв прав, мне нужно услышать это от мамы.

— Что мне делать?

— Позвать, всем сердцем, всей душой.

— Вслух?

— Как хочешь.

Эв вернул руки на мои плечи, отступил. Захотелось прижаться к нему. Потому что неожиданно в горле пересохло, коленки мелко задрожали. Я увижу маму. Светлые боги! Неужели действительно увижу? А вдруг не получится?

— Все у тебя выйдет. — Эв снова наклонился, обнял, окутал теплом. — Зови.

— Мама! — Голос прозвучал комариным писком. — Мам!

Не получилось? От обиды хотелось разреветься. Но я стиснула пальцы так, что ногти впились в кожу, и позвала:

— Мама!

Тьма в углу напротив нашего защитного контура сгустилась.

Из ее центра вылетел огонек, увеличился, и к сияющей золотом стене света шагнула мама. Она печально улыбалась, жадно рассматривая меня. Мама ничуть не изменилась: те же кудрявые непокорные волосы, которые постоянно выбивались из строгого пучка, аккуратное скромное платье. Ну и что, что она прозрачная. Мама… Мамочка!

Я дернулась к ней. Руки Эва удержали, не дали шагнуть сквозь контур.

— Мама! — тихо прошептала я, по щекам побежали слезы.

— Не надо, Даяна, не грусти. Со мной все хорошо. Очень скоро я отправлюсь на перерождение. Мы с папой сможем встретиться в новой жизни, — тихо заговорила мама. Ее взгляд метнулся к моей руке. — Ты его надела… Миранда не отдала тебе письмо?

— Отдала, — я вытерла тыльной стороной кисти слезы, — после кольца. А второе еще раньше вручила жениху, которого выбрала сама.

Мама с надеждой покосилась на пальцы Эва и, не обнаружив кольца, нахмурилась.

— Это не Эв.