Отбор пяти колец

Когда же он оказался так близко, что невозможно было уже ее не заметить, и Агата взглянула ему в глаза и нежно, немного смущенно улыбнулась, он отвел взгляд, а затем и вовсе отвернулся от нее. Лицо его при этом осталось холодным и чужим, будто это не он вчера говорил с ней с теплотой и лаской, и поймав ее в свои объятия помогал спешиться с фернали.

Вроде бы он ничего такого не сделал, но Агата почувствовала себя так, словно ей распороли грудь, разворотили ребра, и плюнули прямо на окровавленное, бьющееся в спазме сердце.

Вчера ей казалось, что между ней и верховным служителем установилась некая особая связь, а теперь выходило, что все это существовало только в ее воображении.

Агате стало так обидно, что она стала еще хуже танцевать. Именно в этот момент, к ним подошла графиня Дэву.

Дуэнья была одета в роскошное платье, нежнейшего сиреневого оттенка, а волосы ее были заплетены в сложную косу, спускавшуюся почти что до пят и украшенную шелковыми лентами и живыми цветами.

Несмотря на нежный и трепетный внешний вид, она казалась раздраженной и едва ли не злой.

Ее лицо под вуалью пудры и румян раскраснелось, а глаза казались еще темнее, и злей.

– Что это, моя дорогая, пантомима? – поинтересовалась графиня, глядя на Агату, сощурив глаза. – Это танец? Семь сестер, это никуда не годится. Если ты будешь завтра так танцевать, то опозоришь на пять поколений весь свой род.

Один из сопровождавших графиню служителей, направил на ее лицо розовое сияние вещательного кристалла, ловя каждое слово, которое она выплевывала из своих карминных губ, а второй подобрался поближе к Агате.

– Нет, не останавливайся, танцуй, – приказала ей графиня. – Я хочу оценить полностью степень предстоящего провала.

Чувствуя, как глаза наливаются горячей влагой, а движения становятся еще более деревянными и неловкими, Агата продолжала выполнять движения. Репетировавшая поблизости Магда, смотрела на нее с сочувствием, а Исора, нахмурилась, и попыталась отвлечь графиню на себя.

Она заговорила с ней о том, что хочет завтра выступать босиком.

– Ни в коем случае, – отрезала графиня Дэву. – Это никуда не годится, моя дорогая, и будет совсем уж неприлично. Твой наряд и так ходит по краю дозволенного.

– Но ваша светлость, в танцах южных княжеств особая грация и пластика. Многое зависит от того насколько свободна и подвижна будет стопа.

– Насколько я помню, служители обязались сшить для тебя специальные туфли, в которых будет удобно танцевать. Вот же они.