Академия Шепота

Обычно чутко спящая Айра даже не шелохнулась, когда я переодевалась в пижаму и падала на кровать под шипящую ругань волновавшегося за меня Копера.

– Все потом, – устало выдохнула я, не желая лишний раз даже шевелиться, настолько сильно болела голова.

Мне бы сейчас ложку целебной настойки, но где ее взять – эту настойку? Внушительный пузырек стал подарком самому отвратительному типу в академии, а я теперь должна была мучиться.

Ладно-ладно, я еще выведу его на чистую воду! Как говорят ведьмы, еще посмотрим, чья метла полетит.

Утро наступило внезапно. Это было то самое утро, которое студенты Академии Шепота никак не желали встречать с распростертыми объятиями. Повсюду то и дело слышались тихие стоны отчаяния, а девчонки со всех курсов больше походили на мертвяков, нежели на вчерашних веселых студенток.

Мы с Айратой тоже от них не отличались. Стоя в очереди в душевые, откровенно досыпали, не желая признавать, что новый день уже начался.

– Ничего не помню, – пожаловалась подруга, опираясь на мое плечо.

– Я тоже. Как в уборную сходила, так больше ничего и не помню, – вторила я ей, с неимоверным трудом пытаясь разлепить веки.

– А я даже не помню, как ты в туалет уходила.

– Настойками меньше баловаться надо было, – съехидничала абсолютно свежая и выспавшаяся Багира, в одном полотенце шествуя мимо нас гордой походкой королевы.

– А тебя вообще не пригласили, – вернула я ей колкость, неприлично широко зевая. – Что? Прошла любовь, остался только пепел?

– Ты о чем это? – резко остановилась она, уставившись на нас.

– Ну как же? Уже все в академии знают, что Калест вчера себе новую подружку выбрал. Прощелкала парня, да?

Мое притворное сочувствие можно было запросто черпать ложками. Глянув на нас в последний раз взором разъяренной кобры, Багира умчалась дальше по коридору, видимо желая скорее выяснить имя соперницы, а мы с Айрой побрели в освободившиеся душевые.

– А он правда выбрал? – с любопытством уточнила подруга.

– А демон его знает, – улыбнулась я. – Я же ничего не помню.

После душа стало заметно легче, а после бодрящего зелья даже снова захотелось жить. Его аромат витал на всех этажах женского общежития, и что-то мне подсказывало, что то же самое творилось и в мужском.

При воспоминании о мужском общежитии мне снова делалось дурно. Для меня до сих пор оставалось загадкой, как прошедшей ночью я там очутилась. Не на своих двоих пришла – это уж точно! Да я лучше бы сотню лягушек съела, чем оказалась в спальне Демоняки.