На краю географии

Эли

Именно такой теплой компанией мы и дошли до соседки, у которой была Зося. Груня всю дорогу несла какой-то бред, при этом филигранно выуживая из мужчины личную информацию. С уважением посмотрела на свой недооцененный набор костей. В итоге о мужчине стало известно: 1 - не женат; 2 – невесты нет; 3 – детей на стороне нет; 4 – имеет титул (какой выяснять не стали, Груня мне громко шепнула «нам все равно, какой, у нас вообще вместо титула шиш с маслом», в этом месте я первый раз за вечер покраснела); 5 – имеет приличное денежное довольствие; 6 – здесь прикупил небольшой дом; 7 – любит детей и зомби (ну, не то, что прям без ума от зомби, но, очень лоялен, поэтому, пользуясь случаем, Груня его фактически вынудила признаться в любви к ней до гроба, чьего – непонятно).

Эли отправился на разговор с соседкой сам. Нас попросил подождать у калитки. Искренне не понимала, почему по поводу своего ребенка и своего зомби я не могу предъявить претензии сама.

Мужчина мягко улыбнулся и сказал, что решение таких вопросов должно лежать на мужских плечах. Где ж ты был, голубь сизый, всю мою сознательную жизнь. Ничего, что я как-то, до этого, без тебя справлялась?

Лезть в бутылку не стала. Хочешь быть героем – кушай, не обляпайся. Мрачно смотрела, как он подходит к крыльцу.

Дальше у меня, в основном, путешествовали брови, активно пытаясь встретиться с линией роста волос на голове.

Эли постучался и дверь открылась.

Вышла женщина, мужчина ей улыбнулся. Все… Лицо дамы озарилось таким счастьем, что я решила, что где-то на землю снизошли боги. На всякий случай оглянулась, осмотрела тылы, может, что происходит, а я ни в одном глазу. Нет, все чисто. Вернулась к созерцанию сцены схождение ангела к смертным. Соседка щебетала что-то нежно - ванильное, приблизившись к мужчине вплотную и взяв его руку в свои.

Груня начала нервничать.

-Я не понимаю, ты правда не видишь, что у нас мужика уводят? – спросила она, воинственно уперев руки в бока.

-У кого «у нас»? Я на него и не претендую. А если ЭТО твое счастье – дерзай, борись за него. – ответила, достав из остатков корзинки бутерброд и откусив от него.

-Ты полоумная что ли? Я твое счастье устраиваю, а ты в остроумии упражняешься!

Я поперхнулась бутербродом.

-Так, никто тебя не уполномочивал устраивать мое счастье. Я, как-то, без костлявых разберусь.