Другая Ипостась. Книга третья

– По походке, по манере держаться, по лёгкости шага преступника мой анализ подсказывает, что это должен быть молодой человек лет моложе двадцати, плюс-минус пара лет.

– Можно нам самим взглянуть на видео? – попросил я, и тотчас же на экране лаптопа возникло изображение гостиной. Камера была запрограммирована на движение, поэтому долго смотреть на пустую комнату не пришлось, – уже через пару секунд в ней появился силуэт закутанного вплоть до глаз в шарф человека. Капюшон с головы так и не снял, видимо, предполагал, что могут быть камеры.

Двигался парень крайне осторожно, крадучись, оглядываясь по сторонам. Наконец он увидел записку на столе. Внимательно прочёл её, хотел было положить в карман, но передумал и оставил на столе, затем быстро покинул квартиру. Камеры в подъезде тоже не помогли – человек проскочил мимо них, ссутулившись и смотря под ноги.

– По крайней мере, мы знаем, что наживка проглочена, – постарался я приободрить своих помощников. – Значит, наши старания были не напрасны.

Пора переходить ко второму этапу операции. Мне уже надо собираться в цирк на встречу, а вам – заняться созиданием «троянского коня».

– Дмитрий Александрович! А можно я с вами в цирк? Тыщу лет там не была, – попросила вдруг Катя. – Олег с Эйзи сами справятся. Ведь так?

– Запросто, – ответил, не раздумывая, Олежка.

– В таком случае, милости просим. Правда, не пойму, зачем тебе это? Ведь мы идём не на представление.

– Всё равно интересно! А за кулисами я вообще никогда не бывала.

И потом, вам же нужен будет связной – на всякий случай?

– Вдвоём веселее. Да, и насчёт связи ты права, ведь мне вскоре после цирка необходимо будет заехать домой и уже оттуда прийти на встречу с Марией Александровной. Кто знает, может, они меня от самого порога будут пасти? Встречаемся здесь через пятнадцать минут.

Глава 6.

Цирк

Меньше чем за час добрались до здания с круглой крышей на набережной Фонтанки. В рабочий день, к тому же с утра, на площади у цирка было пустынно – прохладную тишину лишь изредка нарушало урчание автомобилей, пересекающих перекрёсток, да неторопливая поступь вездесущих туристов – ранних пташек, жаждущих насытиться красотой Петербурга.

Мне и самому всегда нравилось гулять в эти часы небольшого затишья, когда на смену таинственным белым ночам с явной неохотой приходят рабочие будни.

Цирк, казалось, ещё спал, все двери были наглухо закрыты, лишь сбоку, у служебного входа маячил одинокий охранник.