Осторожно! Работает госпожа попаданка

А на обратном пути мне опять встретились митингующие. Вообще, как я поняла, жители Нижнего это дело уважали. Они частенько, судя по новостям, собирались в кучки и чего-то требовали. Власти реагировали на них вяло, наверное, потому что ничто не могло пошатнуть мощь Сиятельных лордов, и поэтому правители смотрели на всех недовольных как на лающих собак — типа они лают, караван идёт. Народ же — к счастью — тоже границ не переходил и погромов не устраивал.

Сегодня одна горстка несогласных в красных банданах требовала отдать власть блёклым.

Митингующие ратовали за то, что Опсу нужно выбирать нового правителя каждые пять лет из их числа, а ещё обличала жителей Верхнего города в разбазаривании налогов и зажимании социальных льгот. Как же это знакомо!

Вторая горстка собралась, чтобы требовать свободы мрачным тварям — эти ассоциировались у меня с нашими зелёными, правда, защищали не всех животных, а только пришедших из мрака, потому что поклонялись не Светилу, а Мраку и в честь него носили на лицах тёмные маски.

— Госпожа, госпожа, верите ли вы, что раз существует Светило, существует и Мрак? — вдруг ринулся мне наперерез тщедушный парнишка, и я очень вовремя вспомнила, что совсем недавно не умела говорить.

Я замычала, затрясла головой и, отмахнувшись от него, помчалась в сторону дома.

В этом мире существовало множество проблем, но их объединяло одно: все они были нерешаемыми. Сильные мира Эри слишком сильны, а проблемы простого люда не настолько серьёзны, чтобы идти на решительные шаги, грозящие потерей жизни и существующих благ.

В общем, не до них мне совсем было. Мне сегодня ещё масса дел предстояла: задать Фритис важные вопросы, позаниматься развитием речи и попробовать прилепить Бергамоту на голову артефакты — почему-то интуиция нашёптывала, что мрачному иллюзорнику есть, что мне сказать.

Глава 10

— Фритис, я вернулась! — крикнула с порога, но встречать меня вышел Бергамот.

Он сунул морду в сумку, одобрительно мне улыбнулся и боднул головой в бедро.

Кости почуял, красавчик.

Потрепала его по рогатой голове:

— Потерпи, вечером мне всё-всё расскажешь. Только дождёмся, пока Фри уснёт, и уйдём на улицу, а то сам знаешь, какая она у нас.

Иллюзорник внимательно на меня посмотрел, сверкнул красным глазом и медленно кивнул.

Иногда он меня пугал. Потому что я никак не могла понять: разумный он или не совсем. Звериные повадки у моего питомца соседствовали порой с человеческими реакциями.