Скользкая правда

Как бы то ни было, следует позвонить в полицию и рассказать обо всём, – Шарль говорил медленно, будто принимая сложное решение. – Но сначала, нужно найти пропавшие в Куршевеле карты памяти. Николь, вспомни, куда ты их дела?

– Они были в сумке, которая осталась в доме Барри, когда твои клоуны похитили меня и Алекса, – Николь демонстративно поджала губы. – Только не могу понять почему вы меня спрашиваете про бриллиант «Слеза Ангела»?

– Думаю он причина всех последних событий, – Шарль серьёзно взглянул на девушку.

– А я здесь при чём? – Николь недовольно поморщилась.

– Мы и сами всего не знаем, только эта история началась пятнадцать лет назад, когда разбился вертолёт, в котором летела Элен Нортон с отцом и дочерью, – Шарль снова пристально уставился на Николь.

– Хм, вполне возможно, что сегодняшняя история тянется с той аварии, – кивнул Жан. – Ведь в том эпизоде участвовали всё те же Владимир Кутузов и Сергей Кокорин.

– Каким образом? – Алекс аж подался вперёд и вопросительно глянул на Жана.

– А таким, на место падения вертолёта именно они прибыли первыми.

Именно они перерыли там всё. Да и распорядителем на похоронах Элен, её отца и дочери, был именно Владимир Кутузов. А вы, милая, очень похожи на Элен. Те же голубые глаза, та же ямочка на щеке, когда улыбаетесь.

Жан замер, внимательно всматриваясь в симпатичную гостью.

– Боже мой, неужели…

– Жан, да, Николь выжившая дочь Элен Нортон, – Алекс мельком глянул на застывшую девушку, вынул из кармана фото, которое забрал из поместья.

– О, тогда это может многое объяснить, – оживился Жан, беря фото девушки. – Если вы и есть Эмили Нортон, то ваше наследство исчисляется сотнями миллионов долларов. Даже не так! Скорее всего оно исчисляется в миллиардах.

В гостиной повисла неловкая пауза. Мужчины уставились на опешившую Николь. Она только могла открывать и закрывать рот. Мерно тикали часы, отсчитывая ускользающее время, уютно потрескивали поленья, аромат дорогого коньяка гармонично дополнялся лёгким запахом от сгоревшего в камине дерева.

– Да-да, моя милая, Элен Нортон была талантливой балериной и баснословно богатой, благодаря бабушкам и дедушкам, а с матерью не очень ладила, поэтому та вряд ли могла наследовать её деньги, – пояснил Жан, масляно блестя глазами.

– Но Эмили Нортон признана погибшей пятнадцать лет назад, – Николь поморщилась и покачала головой. – Вряд ли теперь об этом стоит вспоминать.

– Николь, вы меня поражаете своей наивностью, – засмеялся Жан и потряс фото.