Скользкая правда

Тебя не устраивает перспектива найти сокровище катар и выменять его на свободу? – произнёс Сергей Кокорин таким тоном, что Николь поёжилась.

– Меня устраивает, только я всё чаще впадаю в отчаяние, что заветная мечта о свободе с каждым днём удаляется всё дальше. Я-то думала, что Анабель Дюбуа разгадала тайну катар, нашла место, где хранится клад, а нам осталось лишь вытянуть информацию из её внучки Николь. Не тут-то было. Эта идиотка, оказалось, даже и близко не подошла к разгадке. А ведь по словам наших специалистов, в её руках сосредоточен весь нужный материал.

Мне приходится притворяться прислугой, улыбаться, делать вид, что всё нравится.

– Ну что ты раскисла, – Сергей Кокорин приобнял Марию за талию и подтолкнул к столу. – Этот мир, вся наша жизнь – лишь иллюзия. Ты сможешь вырваться из замкнутого круга, нужно лишь приложить ещё немного усилий.

– Я устала ждать.

Женщина сексуально вильнула бёдрами в узкой шёлковой юбке и тронула бумаги на столе. Николь с удивлением поняла, что Мария сознательно подчеркивала собственную невзрачность.

Только сейчас присмотревшись, она разглядела удивительной прозрачности лазоревые глаза, точеные черты лица и изящные линии тела.

– Думаю, мы движемся в правильном направлении. Есть причины полагать, что Николь нащупала место, где может храниться святыня катар. Это новые документы из её компьютера. Смотри, что здесь сказано: Гийом Белибаст был последним катаром парфе в Лангедоке, сожжён на костре в 1321 году в результате инквизиции в Памье под руководством Жака Фурнье.

Именно он был хранителем сокровища катар. Сохранились записи многочисленных допросов альбигойцев, Николь их изучает.

Сергей Кокорин встал рядом с Марией, взял лист и прочитал вслух:

– «… но знайте, что в погоне за этим сокровищем прольются реки крови. Великие правители, самозванцы, безумцы будут готовы на всё, лишь бы завладеть им».

Мария разложила веером несколько сканированных копий.

– Всё-таки очень странный текст, никогда не видела ничего подобного. Смотри, страница начинается с крупного инициала, очень тщательно прорисованного в виде миниатюры, но дальше в тексте отсутствуют даже знаки препинания.

– Да, наши спецы из отдела криптографии не смогли распознать в мелком ажуре письма ни одной буквы. Язык, на котором написана книга, оказался непонятным, ни к какому, известному шрифту эти закорюки причислить не смогли, – задумчиво произнёс Сергей Кокорин.

– Значит текст зашифрован, – пожала плечами Мария.

– Если и шифр, то его не смогли взломать.