Отдел непримиримых врагов

— Доброе утро, — хрипло произнёс Рикард.

— Доброе утро, — отозвалась Белладонна, опускаясь на соседний стул и жестом отпуская прислугу, предусмотрительно оставившую для неё бокал свежей крови. Она заметила, как затрепетали его ноздри и сжалась челюсть, но сделала вид, что слепа к этим маленьким намёкам. — У нас новое срочное задание?

— Не совсем, — подчёркнуто нейтральным тоном ответил он после мимолётной заминки. — Капитан дал нам разрешение допросить Кевина Уилсона.

— Одним?

— Именно.

— Надо же, приятный сюрприз.

— Поэтому мы от тебя сразу двинем по адресу его места жительства.

— Поняла.

Какое-то время они ели в тишине, бросая друг на друга короткие плотоядные взгляды. Рикард, почти не скрываясь, пожирал её глазами: щедро одаривал вниманием каждый миллиметр тела, не прикрытого тонкой полупрозрачной тканью. Его обнажённое желание отзывалось в ней острее самого чувственного комплемента. Впрочем, Белладонна не менее открыто любовалась разворотом широких плеч и упругими завитками волос, уложенных в стиле влажной морской укладки, чем однозначно доставляла ему не меньше удовольствия.

Он резко отвернулся, будто нечаянно прикоснулся к огню и обжёгся, окинул долгим взглядом комнату и громко прочистил горло, прежде чем заговорить:

— Так вот какой уровень жизни для тебя считается комфортным?

— Да, это минимальная планка, — честно ответила она, поскольку никогда не видела смысла скрывать свою любовь к роскоши и деньгам. — Мне нравятся качественные вещи из натуральных материалов, первоклассное обслуживание и большие пространства.

— Думаю, мы бы не ужились в одном доме с твоей любовью к порядку.

— Не попробуешь — не узнаешь.

Последовала очередная неловкая пауза, что с завидной регулярностью, стала отмечаться в их разговорах.

— Слушай, куколка, тебе наряжаться не пора? — Рикард однобоко ухмыльнулся и указал большим пальцем на дверь. А затем с несвойственной ему робостью, словно готовый в любой момент перевести взгляд, посмотрел на неё.

Белладонна поставила на стол полупустой бокал и соскользнула на самый край стула, опасно приблизившись к его лицу с двухдневной щетиной. Ласково провела кончиками пальцев по шершавой скуле и едва ощутимо царапнула под нижней губой, после чего тихо произнесла:

— У тебя сексуальное тело, но глубина взгляда и дерзость улыбки затмевают его.

И, не дожидаясь реакции, она поднялась и вышла из гостиной.