Отдел непримиримых врагов

— Точное попадание, — весело крякнул греющий неподалёку уши Фабиан.

Пока они болтали, оборотни провели быструю разминку. Рыжая протянула сжатые кулаки и Гуэрра по ним слегка стукнул, принимая боевую позу. Он и правда выглядел намного здоровее её: ростом, размахом плеч, обхватом бицепсов. Не было ни шанса, что она выйдет из битвы победителем.

Однако ничего смутно похожего на жалость к мелкой задиристой шавке у Марселя не проскочило. В груди зародилось совсем иное чувство. Он с нетерпением предвкушал, как её будут учить правилам хорошего тона, вбивая их через синяки.

Всё равно на шкурах оборотней те надолго не задерживались. А так, может, хоть немного гонора у выскочки поубавится.

Вот только рыжая так лихо пошла на сближение, что растерялся не только соперник, но и зрители. Все ждали от неё резвости движений, но не такой чудовищной быстроты. Она могла посоревноваться в скорости с вампирами в боевой ипостаси, притом что сама оставалась в человеческой форме.

Шавка играючи уклонилась от выкинутого вперёд кулака, призванного спугнуть стремительное нападение.

И, оттолкнувшись от ноги Гуэрра, благодаря чему смогла подлететь до уровня его лица, рубанула локтем прямо в висок.

Этот удар не свалил здоровяка, но дезертировал на миг, которого ей хватило, чтобы сначала вдарить ему под коленную чашечку мощным и хлёстким ударом стопы. А когда тот рухнул на травмированную конечность, то второе колено она использовала в качестве ступеньки. Обхватила бёдрами мгновенно вздувшуюся шею, опрокинулась вверх тормашками и, прижав ладони к полу, сотворила нечто немыслимое.

Выходящее за всякие рамки разумного в глазах Марселя.

Маленькая чертовка швырнула через себя тушу, весящую на несколько десятков килограмм больше неё самой. И при этом манёвре ещё и стояла на руках.

В голове не укладывалось, как она сумела провернуть приём, больше похожий на хитрый трюк иллюзиониста. Увы, последствия фокуса безобидны. А у них Гуэрра лежал на спине, раскинув руки и ноги в форме звезды, и шокировано разглядывал потолок.

Никуда не торопясь, она медленно перешла из стойки на руках в стойку на ногах. Подошла к большому и страшному ягуару, поверженному меньше чем за минуту. И присела на корточки у его головы, чтобы недовольно зарычать:

— Это не считаться… Ты — поддаться! Вставатъ! Драться дальше!

— А меня, значит, ставить против неё гуманно?.. — внезапно припомнил Гуэрра слова её старшего брата.

3 глава: Радикальный Воспитатель

Белладонна

Дури в младшенькой — вёдрами черпай.