Скелеты в королевских шкафах

Значит, тогда она двигалась в определенном направлении. Что, кстати, Ванер говорит? Куда Лиара собиралась?

— В столицу Лории, — задумчиво ответил Гердер.

— Нужно попробовать там пройтись с этим артефактом. Вряд ли Ровена — конечный пункт, но вдруг? Других зацепок нет.

— Странно, что все ведет в Лорию. Баронесса Уэрси утверждает, что у них нет и не было там знакомых. Здесь с лорийцами Лиара тоже не общалась, как утверждают все ее подруги по академии. Я бы скорее подумал на Гарм.

— Что ты так зациклился на Гарме? — недовольно сказала королева. — Когда она пропала в первый раз, кто сообщил о находке?

— Травница какая-то.

— А кто привез ее к травнице? Выясни. Может, это как раз недостающий лориец. Гердер, меня удивляет, что приходится подсказывать очевидные вещи.

— Ты права, мама, только я думать сейчас ни о чем, кроме Лиары, не могу.

* * *

— Нашел я Римера, — гордо сообщил Хьюберт поутру, — и даже переговорил.

Он ждет кузину Мауру, готов предоставить кров и учить магии.

— А вы уверены, что он не польстится на награду? — неожиданно спросил инор Фальк. — Вы его давно знаете?

— Я его знаю очень мало. Но он мне кажется честным и порядочным. И потом, я все равно не знаю больше ни одного мага, к которому могла бы попроситься на обучение. И Хью он понравился.

— Если понравился Хью, тогда конечно, — саркастично хмыкнул мой попутчик.

— Маура, вы понимаете, как рискуете?

— Все равно придется у кого-то учиться, — пожала я плечами. — Не думаю, что Ример выдаст. Он же согласился меня взять еще в первый побег, хотя мог прямо тогда получить награду.

— Что вы имеете в виду?

Я рассказала инору Фальку о двух своих неудавшихся побегах. Он задумался, потом решил:

— Наверное, вы правы. Он предать не должен. Итак, собираемся и идем?

— А завтрак? — возмутился Хью.

— Я столько энергии потратил, лапы стер, по вашим делам бегая, а вы даже покормить не хотите! Не ожидал в вас столько жестокости!

Пришлось задержаться и заказать завтрак. Все время, пока фамильяр насыщался, он невнятно ворчал на человеческую неблагодарность, возмущенно посверкивая глазами. Инор Фальк только усмехался.

* * *

— Моя дорогая Маурита! — радостно воскликнул Ример.