Царица Теней: возвращение Персефоны (с иллюстрациями от нейросети)

Персефона ещё из-за деревьев увидела его, беседующего с высоким мужчиной в чёрном — мужчиной, которого невозможно было не узнать. Аид. Персефона застыла на тропинке, не решаясь ни уйти, ни продолжить путь, и её заметили. Аид и Асклаф обернулись к ней одновременно: лицо садовника осветилось доброй улыбкой, и Аид — Персефона никогда бы не поверила в это, она не хотела верить своим глазам и сейчас — улыбнулся тоже. Он попрощался с Асклафом, бросив ему несколько тихих слов, и подошёл к ней:

— Моё почтение, — Аид склонил голову, и тёмные камни в его короне сверкнули призрачным светом Подземного царства.

Персефона вдохнула и забыла выдохнуть. Никогда на её памяти никто из верховных богов не склонял головы перед своими супругами и детьми, но Аид поклонился ей... ей, маленькой богине цветения. Она смотрела на него, как на диковинную яркую змейку, совершенно позабыв о том, что чем прекраснее дикая змея, тем опаснее действие её яда.

Персефона молча склонила голову в ответ.

— Я должен встретиться с Посейдоном, но есть дела особой важности, которые я отложить не могу.

Не могла бы ты помочь мне? — Аид подал ей руку, предлагая пройти с ним во дворец.

Она удивлённо воззрилась на него, прислушиваясь к собственному сердцу, к путаным мыслям в голове, неспособным собраться во что-то окончательное, и неуверенно протянула руку в ответ.

Их ладони соприкоснулись...

(наши дни)

Лина резко вздохнула и открыла глаза. Она всё ещё была в тронном зале и сидела на троне уже нормального размера, а у её ног преклонил колено Аид — он крепко держал её за руку и пресекал все попытки отстраниться.

— Не дёргайся. Если отпущу тебя, твоя неуправляемая сила разнесёт дворец, — он смотрел на неё снизу вверх, но складывалось полное впечатление, что это она, Элина, находится у его ног.

— Почему я... — Лина осмотрела свободную руку и медленно выпрямилась. Она далеко не сразу поняла, что изменился не трон и не тронный зал, а она сама. — Почему я чувствую себя, как обычно?

— А как должна? — голос Аида звучал шорохом бархата, скользящего сквозь обхват золотого кольца.

— Твоё божественное воплощение не влияет на тебя лично, но пока ты не сможешь удержать его без посторонней помощи, — он чуть крепче сжал её руку и обеспокоенно добавил. — Возвращение воспоминаний может быть болезненным...

Лина смотрела на него и с трудом могла сосредоточиться на том, кто перед ней. Она больше не видела в нём Аида, которого все боялись, не видела в нём и бога...