Две стороны отражения

Когда нужно что-то сломать или временно вывести из строя, закончила я за него. Но нам же нужно не просто сломать, а сделать так, чтобы мама потом ничего не заметила. Да и нельзя оставлять сейф без защиты.

– А восстановить сможете? – спросила я.

– Спрашиваешь, – возмутился Стефано. – Там все на артефактах завязано. Их нужно дезактивировать, а потом активировать. Там дел-то на пару минут.

– Ну, не совсем на пару, – протянул Лоренцо, все так же подозрительно поглядывавший на кольцо, – это тебе не шкаф в деканате с личными делами.

Я насторожилась. Помнится, был какой-то скандал с этим шкафом, но до нас донеслись лишь отголоски – не любит Ланца, когда мелкие студенческие шалости становятся широко известны. Неужели Стефано поучаствовал? Если так, будет его чем прижать в случае чего. Но спросила я без видимой заинтересованности:

– А что там с этим шкафом? 

– А что с ним? – невинный тон Стефано не обманул бы даже его самого. – Стоит себе и стоит. Не о том мы сейчас говорим. При чем тут вообще шкафы, если мы собираемся вскрыть сейф?

Он почти незаметно показал кулак Лоренцо, и я поняла, что ничегошеньки не узнаю про таинственный шкаф в деканате.

Разве что для разнообразия сходить куда-нибудь с Лоренцо, а не с Делилем? Так не факт, что Лоренцо, окрыленный свалившимся счастьем, проболтается об их со Стефано тайне, а не начнет выпытывать, кто же этот странный даритель. И если про то, кто подарил кольцо, я точно знала, то вопрос с зеркальцем так и остался неразрешенным.

– А мы собираемся? – уточнил Рикардо.

– Конечно, – Стефано деловито направился в мамин кабинет, бросив уже на пороге: – Должны же мы помочь Летти? Или ты боишься?

– Я боюсь? – возмутился Рикардо.

И рванул в комнату, отпихивая Стефано, поэтому в дверях они застряли, пытаясь оттолкнуть соперника и прорваться первым. Лоренцо с ними не пошел, задержался со мной и очень тихо сказал:

– Летти, мне не нравятся твои подарки. Что зеркало, что кольцо. Моя интуиция просто орет, что с ними что-то нечисто.

Ага, конечно, именно интуиция. Поэтому первым подозреваемым на роль дарителя оказался Делиль?

– Интуиция? А не ревность? – насмешливо бросила я.

И прошла в кабинет за все же ввалившимися туда братьями, которые уже вовсю изучали плетения на сейфе. И скорее всего, не первый раз, поскольку по тем фразам, которыми они обменивались, было похоже, что раньше их останавливали только жалкие моральные принципы: братики не могли найти повода для вскрытия.