Следствие ведёт дракон! Убийство произойдёт во втором акте

Мой лучший друг смертельно опасен в двух случаях: в бою и за чтением лекций. В случае первого хоть быстро умираешь, а при втором варианте гибнешь медленно и мучительно.

— Картер, уведи меня, — коготки Джослин болезненно впились в мой локоть.

Сигнал был принят, я отдал приказ, и охрана оттеснила журналистов. Мы сумели миновать фойе. А здесь нас встретил владелец театра, Аднот Дюваль. Акриец по происхождению, но сумевший отлично устроиться в нашей горячо любимой столице Кириуса, Алесвэйле. Моложавый брюнет с тонкими напомаженными усиками расплылся в комплиментах красоте императрицы.

Удивительно, как женщины в такие моменты удерживают себя от закатывания глаз. Особенно такие прямолинейные, как Джослин. Но моя подруга была вежлива, хотя всё же уколола ответным комплиментом его костюму. Бедняга так растерялся, будто его никогда не хвалили женщины. Наблюдая за этой забавной картиной, я потерял бдительность. И тогда в мой второй локоть впились другие женские коготки.

— Картер, я глазам не поверила, когда увидела тебя, — зашептала мне на ухо Гвинет.

— А ты говорил, что не любишь шумные сборища.

— Не люблю, — подтвердил я, сухо улыбнувшись своей самой большой ошибке последнего года.

А всего лишь сделал то, что всегда себе запрещал: позвал её в свою постель во второй раз. И она пришла, а теперь пыталась вернуться на постоянку. Могу оправдать себя тем, что на момент знакомства она казалась такой же беспроблемной, как моя звёздочка Молли. А ещё от неё очень приятно пахло. Инстинкты, помноженные на усталость и податливость красивой девушки, и вот я не знаю, как избавиться от настойчивой драконицы.

  

— Здравствуй, Гвинет, — кивнул, просканировав её взглядом.

Красива как всегда. Сияющие золотые волосы, серые глаза, нежная кожа, идеальная фигура, потрясающий свежий аромат. Характер бы ей ещё помягче и меньше притворства, цены бы не было.

— Я так скучала, Картер, — она жеманно надула пухлые губы.

— Вы нас задерживаете, — холодно отметила Джослин и одарила побледневшую блондинку знакомым ледяным взглядом, который явно позаимствовала у Итана.

— О… эм… — заблеяла Гвинет. — Прошу прощения, императрица, — и принялась пятиться, низко опустив голову.

А моя императорская подруга утянула меня в помещение балкона для особенных гостей. Мягкая мебель, отдельный бар, дорогие ковры под ногами. Всё по высшему разряду.

— Джослин, — я поражённо прижал к груди руку, — ты бесподобно царственна.

— Спасибо, — мило улыбнулась она, быстро сбрасывая образ императрицы.