Институт неблагородных. Тёмные крылья

— Позволить им разводиться по собственной прихоти - просто блажь.

Его жена, высокая пепельная блондинка с горящим взглядом, опустила взгляд в тарелку. Марк понимал, что подобные беседы унижали присутствующих женщин, словно ставили их на ступень ниже, даже если те и не думали разводиться. Однако ради свободы мужчина был готов поступиться принципами. Мать была неравнодушна к подобным высказываниям, как и Лилиан. Только они придерживались разных взглядов.

— Иномирянки достойны уважения, никто не спорит, — ответила Лилиан, окрылённая вниманием Марка и тем, что он интересуется её мнением.

— Просто Истинные расы сделали гораздо больше для процветания этой страны. Поэтому логично, что они имеют больше прав.

— Совершенно верно, — подтвердил Эмиль и снова принялся за еду.

Мать начала постукивать коготками по тарелке: верный признак злости и обиды.

— Не будем ссориться. Тема слишком щекотливая, — отец тут же перевёл разговор, видя реакцию жены. Марк поражался контрасту: суровый деятель Совета и покладистый семьянин.

Во время любых ссор кричала только мать, в самых серьёзных случаях, отец попросту ночевал на работе, но никогда не повышал голос на жену, если не считать хлопаний дверьми.

Семейный ужин вскоре завершился, мужчины удалились в кабинет отца. Марк решительно направился следом, намереваясь игнорировать любые намёки и просьбы Лилиан, но девушка вцепилась в его руку мёртвой хваткой и посмотрела с выражением побитой собаки. Мужчина поколебался и уступил, решив, что тянуть с объяснением не стоит.

Вздохнув, Марк кивком попросил её следовать за ним.

Священный огонь в камине придавал ему сил одним своим видом, мужчина подвинул кресло совсем близко к решётке, словно искал поддержку у оранжевых искр.

— О чём ты хотела поговорить? — спросил он, когда усадил Лилиан в соседнее кресло, отодвинув его подальше, как бы заботясь, чтобы девушке не было слишком жарко. — Хочешь, я могу открыть окна?

— Нет, всё в порядке. Мне надо привыкать к пламени.

Опять она за своё!

Марк решил дать ей высказаться.

— Я обидела твою маму, — начала она, закусив губу. — Может, мне стоит попросить прощения?

— Нет. Она вспыльчива, но не злопамятна, — сказал он и улыбнулся девушке. Лилиан должна поверить. — Наоборот, мама не любит, когда женщина не смеет и возразить мужчине. У нас в семье царят вольные нравы.

Было видно, что девушка успокоилась. Она тут же томно посмотрела на Марка и, поднявшись из кресла, села у его ног прямо на шкуру зубра.