Институт неблагородных. Тёмные крылья

Больше эта тема не поднималась, чему девушка была несказанно рада, хваля себя за верный выбор романтичного ответа, содержавшего лишь одну грань правды: Светлана Грекова была информатиком, и всего лишь отдала через приёмную дочь дань восхищения изобретательнице вычислительной машины и создателю первого языка программирования.

Всё остальное время иномирянки были предоставлены сами себе за одним лишь исключением: им ни в коем случае нельзя было выходить за пределы крыла замка, где проживали вновь прибывшие. Окна комнат были всегда зашторены, Аде хотелось посмотреть, что за жизнь течёт за стенами белокаменного замка, но стоило отодвинуть занавесь, как взгляд натыкался на металлические пики невысокого забора, за которыми до самого горизонта простирался зелёный луг.

И вот сегодня одной тайной станет меньше. Так Ада утешала себя, хотя циничная Далида перед выходом в общий зал мрачно хмыкнула:

— И пятью другими больше!

В глубине души Ада понимала, что подруга права и была благодарна ей за ту неприглядную правду, которой соседка щедро делилась с окружающими.

— Позвольте мне поздравить вас с окончанием недельного испытания, — начала Соль, вызвав мановением указки мёртвую тишину. — Оно было тяжёлым, хоть вы этого могли и не заметить. Сегодня каждая получит метку своего факультета, на котором проведёт ближайшие три года. Разумеется, если подпишет контракт.

Златовласая Жилка, одетая по случаю праздника в длинное белое платье, напоминала счастливую невесту, дожидающуюся жениха у алтаря. Помолчав, она продолжила:

— Я бы представила вам главу этого академического королевства в стенах замка, но она в состоянии сделать это сама.

Пожалуйста, гранда Эмма Минос.

Аде казалось, что она присутствует на собрании в Педагогическом университете, где её угораздило проучиться целых два курса. В подобных случаях, полагалось громко аплодировать, что и принялась машинально делать Ада. Она очнулась, когда поймала на себе недоумённые взгляды присутствующих. На задних рядах захихикали, сидящие впереди оглядывались, чтобы посмотреть, кто посмел шуметь.

Девушке захотелось провалиться сквозь землю, она почувствовала, что краснеет. Вначале была призрачная надежда, что в суматохе большинство не поймёт, кто явился причиной веселья, но она быстро завяла, затоптанная явными насмешками будущих сокурсниц.

— Тихо! — негромким твёрдым голосом произнесла Эмма, встав в полный рост. Иномирянки пристыжено замолчали. Ада с восхищением посмотрела на тонкую талию гранды, затянутую в кожаный корсет.