Король приезжает в полночь

Тот сонно сгреб меня в объятия, прижал привычно со всей силой, так, что удалось только пискнуть, чтобы не раздавил. Я улыбнулась, а он вдруг проворно перевернулся, нашел мои губы и прижался, целуя и бросая в жар.

– Эльд, нам надо… там король...

– Опять ты говоришь мне про других мужчин, – рассмеялся Эльд, нехотя выпуская из объятий.

– Надо убедиться, что с ним все в порядке! И с мамой, и со всеми остальными...

– Вчера же гвардейцы сказали, что король молится и приказал не мешать.

– Нельзя же молиться всю ночь.

Мы посмотрели друг на друга многозначительно, и я сдавленно хмыкнула.

– Ладно, – вздохнул Эльд. – Сначала король.

Он приказал разузнать про самочувствие моей матушки и вообще семьи Артенов, и вскоре стражники доложили, что со всеми порядок. Ну и прекрасно! Для мамы лучше оставить так, словно ничего и не было.

Не успели мы одеться и позавтракать, как герцоги позвали к себе. Хотелось удивиться, как они не спят весь день напролет после своих приключений и испытаний, но потом я вспомнила про малыша Леона, которого Полина наверняка не выпускала из объятий и который наверняка вскочил с первыми лучами солнца, неугомонный проказник!

– Доброе утро, – зевнула Полина, принимая нас в своих покоях.

Юный наследник валялся на герцогской постели, задрав к потолку ноги и весело что-то бормоча на своем малышовском. Вот у кого любой день – праздник! Особенно, когда любимые родители рядом, а не сдают его железной нянечке.

– Мы подумали, что без вас короля навещать нет смысла, – пояснил Рейнард, поправляя ворот. А я некстати вспомнила, что когда-то и у него, и у Полины были на шее едва заметные метки Зверя, ведущие их к пропасти. – К-кроме вас никто не объяснит, что тут происходило.

– Это уж точно. Так его величество все еще в храме?

– Доложили, что в башне.

Мы поднялись наверх с некоторой опаской. Кто их знает, этих королей! Вчера был добродушен, сегодня прикажет отрубить всем головы – если встал не с той ноги…

Гвардейцы короля заступили дорогу.

– Приказано не пускать. Молится его величество.

– Надо убедиться, что с ним все в порядке, – спокойно сказала Полина. – Доложите, что прибыли герцоги и просят об аудиенции.

Гвардцейцы переглянулись с сомнением, но тут за дверьми не храма, а личных покоев служительницы послышались голоса. Что-то грохнулось, раздался крик, и уже все разом бросились открывать двери.

– О! – встретил наши лица сам король.